<<
>>

ВОСХВАЛЕНИЕ ГОСУДАРСТВЕННО-МОНОПОЛИСТИЧЕСКОГО КАПИТАЛИЗМА ПОД ФЛАГОМ ЗАЩИТЫ ГОСУДАРСТВЕННОГО ВМЕШАТЕЛЬСТВА В ЭКОНОМИКУ

Государственный «контроль» и «регулирование» хозяйственной жизни, государственное вмешательство в экономику в условиях империализма есть выражение государственно-монополистического капитализма, основным содержанием которого является соединение силы государства с силой монополий для усиления эксплуатации трудящихся.

При капитализме государство само контролируется капиталистическим хозяйством, т. е. в современных условиях — монополиями. В государственно-монополистическом капитализме получает свое наиболее отчетливое выражение огромная власть монополий, ставящих государственный аппарат на службу своим корыстным интересам, подчиняющих экономическую политику задачам выколачивания монопольно высоких прибылей и подавления трудящихся.

Монополии широко используют государственную машину прежде всего для наступления на жизненный уровень трудящихся, для усиления репрессий против них. В условиях империализма имеет место чрезвычайное усиление государственной машины, неслыханный рост ее чиновничьего и военного аппарата в связи с усилением репрессий против пролетариата и трудящихся в целом.

Наиболее мощные монополии используют государство для подавления своих конкурентов как внутри страны, так и за ее рубежами. Разумеется, монополия трестов, как указывал В. И. Ленин, осуществима и при чисто экономических методах борьбы. Однако монополии не ограничиваются только экономическими средствами, они широко применяют и политические средства.

Подчиняя себе государственный аппарат, монополии в невиданных размерах практикуют казнокрадство, использование государственных средств, полученных от налогоплательщиков, т. е. прежде всего от трудящихся. Государство при этом используется монополиями как послушное им орудие перераспределения народного дохода посредством налогов и займов, с одной стороны, и государственных субсидий — с другой. Монополии обогащаются за счет весьма многообразных способов.

Тут и высокие цены на государственные заказы, и авапсы под последние, и ссуды предприятиям, терпящим бапкротство, и налоговые льготы, и таможенные скидки, и льготные железнодорожные тарифы л т. д. Еще в годы первой мировой войны В. И. Ленин указывал, что подобные мероприятия буржуазного государства представляют собой «государственно-планомерные меры обеспечения тройных, если не десятерных, прибылей капиталистам» 40. *

Практика показывает, что в период империализма любое государственное мероприятие, даже прикрытое самыми демократическими лозунгами, идет в конечном счете на потребу монополий, командующих государственным аппаратом. Помимо участия финансовых воротил в правительствах, известны разнообразные формы подкупа бюрократии со стороны монополистов: предоставление теплых местечек, награждение лх пакетами акций и т. д. В нужном случае монополии могут свалить неугодное им правительство, используя различные методы, в частности, методы финансового нажима.

Подчинение государства монополиям ускоряется в силу громадного обострения всех противоречий капитализма в период империализма. Особую роль в этом направлении играют мировые войны. Наряду с войнами значительную роль в усилении подчинения государства монополиям приобретают экономические кризисы. Капиталистические монополии стараются использовать государство для того, чтобы смягчить для себя тяжесть кризисов и переложить ее на трудящихся. Разнообразные «антикризисные» мероприятия, предпринимаемые монополиями, преследуют цель «огосударствить» убытки, искусственно расширить реализацию товаров внутри данной страны (за счет прежде всего воеппых заказов) и протолкнуть залежалые товары на внешние рынки, удержать во что бы то ни стало высокие прибыли.

В период общего кризиса капиталистической системы особенно отчетливо сказывается то, что современный капитализм является загнивающим и умирающим. Воротилы монополий, в интересах обеспечения монопольно высоких прибылей, стараются укрепить свое положение на основе широкого использования государства как экономически (путем субсидий, заказов, привилегий, огосударствления убытков), так и политически (путем; подавления трудящихся, в первую очередь рабочего класса).

Государст-

венно-монололпстический капитализм призван продлить существование отжившего, прогнившего, умирающего общественного строя и поэтому носит глубоко реакционный характер.

Изменение исторической обстановки потребовало перестройки буржуазной политической экономии. Основная задача последней — оправдание капиталистической системы — осталась и останется до тех пор, пока будет существовать капитализм. Но методы оправдания и укрепления капитализма меняются вместе с изменением методов экономической политики. А последние претерпевают весьма значительную эволюцию. Принцип laissez faire, применявшийся в Англии в условиях капитализма свободной конкуренции, ныне заменен принципом использования государства всесильными капиталистическими монополиями для подавления рабочего класса, борьбы с конкурентами и т. д. Буржузная политическая экономия все более приспособляется к оправданию империалистической реакции и развязывания захватнических войн.

Современные буржуазные экономисты тщательно маскируют свою основную задачу оправдания максимального использования буржуазного государства монополиями, подменяя этот вопрос вопросом об усилении государственного вмешательства в экономику. Вмешательство буржуазного государства в экономику осуществлялось иа всем протяжении капиталистического развития, причем в разные исторические эпохи оно наполнялось различным содержанием. Существует громадная принципиальная разница между мероприятиями по укреплению капиталистической промышленности в период первоначального накопления капитала и политикой обогащения монополий за счет государственного бюджета в период империализма. Мероприятия первого рода объективно выполняли прогрессивную роль; мероприятия второго рода имеют глубоко реакционный характер. Различие между ними такое же, как между приходящим на смену феодализму капитализмом в стадии его становления, развивающимся в целом по восходящей линии, и современным загнивающим, умпрающим капитализмом в его империалистической стадии, развивающимся по нисходящей линии.

Буржуазные экономисты стараются скрыть эти важнейшие социально- экономические различия сведением всего вопроса к чисто формальному моменту о государственном вмешательстве в экономику. Для этого они (например, Кейнс) конструируют учение о так называемом неомеркантилизме, пытаясь представить современный государственно-монополистический капитализм в качестве нового издания меркантилизма XVI—XVIII вв. С этой целью подавляющее большинство современных буржуазных экономистов пытается свести суть государственно-монополистического капитализма лишь к от* ходу от фритредерства, к замене его политики laissez faire политикой государственного вмешательства в экономику. При этом обходится центральный вопрос — в чьих интересах осуществляется это вмешательство. Тем самым выпадает самое существенное и

главное, выпадает монополистическая сущность государственно- капиталистических мероприятий в период империализма. Это служит лишней иллюстрацией к тому, что перестройка буржуазной политической экономии идет в направлении изыскания новых форм обмана масс в угоду монополиям.

В Англии эта перестройка буржуазной политической ЭКОНОМИИ происходила медленнее, чем в других странах. Она осложнялась глубоко укоренившимися фритредерскими традициями. В Англии в течение 150 лет (с момента выхода в свет знаменитого «Богатства народов» Адама Смита, т. е. с 1776 г.) господствовала доктрина laissez faire, руководящим началом которой был принцип невмешательства государства в экономическую жизнь. Фритредерская политика наиболее отвечала интересам английской буржуазии в XIX в. «Ближайшая задача английских фабрикантов и их глашатаев политико-экономов,— писал Энгельс,— состояла в том, чтобы заставить все другие страны поверить в евангелие фритредерства и создать, таким образом, мир, в котором Англия была бы большим промышленным центром, а все остальные страны — зависящими от нее земледельческими провинциями» 41. Ицрая роль «промышленной мастерской» мира, Англия легко могла подавлять своих конкурентов в условиях свободной конкуренции.

При помощи использования фритредерской политики Англия экономически завоевала и подчинила себе колонии. Фритредерская идеология и политика сохранились и после того, как Англия потеряла свою промышленную гегемонию.

С этой фритредерской идеологией было непосредственно связано широко распространенное представление о том, что экономические функции государства должны быть сведены к минимуму. Ни в одной другой стране философы, социологи, экономисты не изощрялись так в умалении роли государства, в сведении последнего к роли «ночного сторожа».

В этом отношении господствующая буржуазная идеология Англии отличалась от идеологии других стран, где буржуазия связывала с государством решение очень важных задач, например национального объединения (в Германии), устранения экономической зависимости и т. д. Достаточно сравнить буржуазную литературу Апглии и Германии в первой половине XIX в. для того, чтобы увидеть различие в оценке роли государства. В Англии господствовали смитианские оценки государства. Адам Смит, как известно, включал государя со своими судейскими чиновниками и офицерами в ту же рубрику непроизводительных рабочих и служащих, к которым он относил и актеров, скоморохов, музыкантов, оперных певцов, танцовщиц и т. д. Между тем немецкая литература пропагандировала настоящий культ юнкероко-буржуазного государства как абсолютной и высшей ценности, как источник всякого развития, а том числе и экономического. Так, например,

Фихте писал, что только государство превращает аморфную массу людей в социальное целое. А Гегель усматривал в прусской монархии наиболее законченное и совершенное выражение абсолютного духа, творящего, по его концепции, всю историю мироздания. Основу такого культа государства составляли специфические условия развития германского капитализма, и прежде всего факт позднего государственного объединения Германии. Немецкая буржуазия жаждала сильной государственной власти, как средства уничтоже*- ния раздробленности германских государств, тормозившей развитие капитализма.

На английской почве 122 фрптредерские идеи, зайщта принципа laissez faire, отрицание государственного вмешательства в экономику пустили глубокие корни. Английская буржуазия медленно освобождалась от влияния этих идей. Дело не только в косности и консерватизме. Англия в течение длительного времени после того, как она потеряла свою промышленную монополию, сохрапяла первенствующее положение в области мировой торговли. Она продолжала оставаться крупнейшим экспортером капитала и товаров, а также крупнейшим морским перевозчиком товаров. Английская буржуазия была заинтересована в устранении препятствий для ведения мировой торговли, в снятии таможенных барьеров в других странах. Эти мотивы лежали в основе фритредерской пропаганды, усердно распространяемой английскими экономистами уже в начале XX столетия, т. е. в период империализма.

Но экономические процессы эпохи империализма оказались сильнее власти исторических традиций. Упорная защита отжившего принципа laissez faire вступила в противоречие с вошедшим в повседневную практику использованием государства капиталистическими монополиями. Ср*еди монополистической буржуазии начинает распространяться мнение, что нужно открыто пропагандировать принцип государственного вмешательства в экономику, что нужно отказаться от восхваления обанкротившегося принципа laissez faire. В сборнике «Международная торговая политика», изданном в 1944 г. Британской федерацией промышленников, основной организацией английского монополистического капитала, свободная конкуренция осуждается и провозглашается политика «регулирования» производства. Финансовые магнаты поставили перед буржуазными экономистами задачу теоретического оправдания использования государства монополиями под видом государственного вмешательства в экономику. Эта задача выполняется учеными приказчиками финансовой олигархии под флагом проповеди так называемого «регулируемого капитализма». Последняя получила наиболее отчетливое выражение в кейнсианстве.

Учению марксизма-ленинизма об общем кризисе капитализма Кейнс пытается противопоставить положение, что колоссальная безработица и острейшие экономические кризисы неизбежны только для так называемого нерегулируемого капитализма, т. е. буржуазного общества, в котором господствует принцип laissez faire, но что эти явления необязательны и их можно избежать с переходом к «регулируемому капитализму». Кейнс старается внушить иллюзию, что можно излечить старческие болезни современного капитализма путем усиления государственного вмешательства в экономику.

Кейнсианская программа «лечения» капитализма — типичный Иродукт периода общего кризиса капитализма. Она отражает поиски средств укрепления капитализма в условиях острейших экономических кризисов, массовой хронической безработицы, с одной стороны, и огромных экономических успехов СССР, с другой стороны. Буржуазные экономисты пытаются обмануть массы басней о том, что столь успешно осуществляемый в СССР метод планирования можно реализовать в капиталистических условиях и устранить таким образом неизбежные последствия стихийных законов капитализма, и в частности кризисы. Буржуазные экономисты при этом преследуют двоякую задачу: успокоить массы и оправдать использование государства монополиями под видом «планирования».

Практические предложения Кейнса об усилении государственного «контроля» над экономикой направлены", к усилению гнета финансовой олигархии, к перераспределению народного дохода в пользу монополий при помощи бюджета, к еще более ожесточенному наступлению монополий на жизненный уровень рабочего класса. Цель всех этих мероприятии — обеспечить монопольно высокую прибыль монополистическому капиталу. Этим определяется классовая природа кейнсианства.

Выше мы показали, что апология монополий в современной буржуазной литературе осуществляется в разнообразных формах. Одной из таких форм является мнимая критика монополий. Столь же разнообразны приемы, применяемые для оправдания использования монополиями буржуазного государства. Если одни маскируют это использование общими разговорами о государственном вмешательстве, то другие считают нужным еще больше'маскировать свои подлинные цели, выступая под флагом «критики» государственного вмешательства в экономику. Особую активность в этом направлении в 30-х годах XX в. проявляли Хайек и Робоинс 123.

Они пытались представить себя в роли хранителей былой фритре- церской политики; любое государственное вмешательство в экономику они рисовали в качестве чуть ли не социалистической меры, а своих противников из буржуазного лагеря представляли чуть ли не в качестве скрытых «социалистов».

На деле эта критика государственного вмешательства в экономику имеет демагогический характер. Самые горячие адепты «свободы бизнеса» горячо поддерживают такие формы государственного вмешательства, как разного рода субсидии монополистам, расширение системы заказов, рост военных расходов и т. д.44

Мнимая защита давно отжившей и сданной в архив фритредерской политики направлена на то, чтобы отвести внимание от грабительской политики монополий, от их растущего гнета, характеризующего современный капитализм. Хайец и Роббпне пытаются заслонить монополии пугалом, именуемым протекционизмом или государственным вмешательством.

Такого рода демагогию особенно используют консерваторы. По этому поводу Гарри Поллит писал: «В своих предвыборных выступлениях консерваторы произносят красивые слова об уничтожении контроля над производством. Мы знаем, что это будет означать дальнейшее урезывание заработной платы, удлинение рабочего дня, уменьшение субсидий на питание и на социальное обслуживание. т. е. материальные лишения» 45.

Буржуазные экономисты всячески раздувают разногласия между защитниками и «противниками» государственного вмешательства в экономику. Это — обычный прием буржуазных идеологов, пытающихся мнимыми или второстепенными разногласиями отвести внимание от коренных вопросов.

В послевоенный период расхождение между защитниками и «противниками» государственного вмешательства в экономику в значительной мере стерлось. Огромное значение для объяснения этого факта имеет милитаризация хозяйства, ставшая важнейшим элементом государственно-монополистического капитализма. Ми- л^аризация хозяйства приводит к наиболее полному слиянию государственного аппарата с военно-промышленными концернами. Милитаризация означает во все возрастающих размерах работу на казну обслуживающих военный спрос предприятий. Государственно-монополистический капитализм получает при милитариза- ции хозяйства наиболее обнаженное выражение. В этих условиях 44

По этому поводу Ф. Рузвельт писал: «Тот же человек, который говорит, что он не желает вмешательства государства в бизнес... он же первый направляется в Вашингтон просить правительство о запретительном тарифе на его товары. А когда дела идут довольно скверно, как это было в 1930 г.,— он с такой же поспешностью обращается к правительству Соединенных Штатов с просьбой о займе» (F. D. Roosevelt. Looking Foreward. N. Y., 1933, p. 85). Рузвельт хорошо знал своих бизнесменов, и его замечание по этому вопросу не нуждается в комментариях. 45

Гарри Поллит. Мы боремся за интересы народа. «Правда», 19 февраля 1950 г.

буржуазные экономисты уже не считают более удобным выступать даже с демагогической критикой государственного вмешательства в экономику 124.

Буржуазные экономисты отражают позиции господствующих кругов монополистического капитала. Эти позиции весьма отчетливо отражаются в практике консервативной партии. Прикрываясь демагогией о «свободном предпринимательстве», консерваторы после своего прихода к власти в конце 1951 г. стали на первых порах еще более рьяно, нежели лейбористы, проводить мероприятия, выражающиеся в государственном вмешательстве в экономику. Весьма характерно, что в «Экономическом обзоре за 1952 год», представляющем собою первую развернутую экономическую декларацию консервативного правительства, провозглашается курс на «более жестокую» и («более строгую» финансовую политику. Консервативное правительство установило еще более строгое ограничение импорта товаров, установило еще более жесткие правила в отношепии новых капиталовложений и т. д. Усиление государственного вмешательства в экономику выражает лишь процесс более полного подчинения государственного аппарата современной Англии капиталистическим монополиям. Ослабление этого «вмешательства» на отдельных участках означает лишь потребность монополистического капитала в более гибких и замаскированных формах использования государственного аппарата.

Знамением времени является то, что сейчас среди английских буржуазных экономистов уже отпали споры о том, нужны ли вообще «регулирующие» мероприятия или нет: споры ведутся по вопросу о масштабах, формах и методах государственного «регулирования». Эти споры частично отражают действительные расхождения интересов между отдельными группами монополистического капитала, частично же являются продуктом надуманных фиктивных разногласий с целью запутать проблему и отвести внимание трудящихся от их коренных интересов.

При рассмотрении вопроса о расхождениях интересов отдельных групп капитала существенное значение имеет экономическое положение монополий, их потребность в государственных субсиднях, как в средстве спасения от банкротства или укрепления их пошатнувшихся позиций, повышения прибылей. В. И. Ленин указывал, что «государственная монополия в капиталистическом обществе есть лишь средство повышения и закрепления доходов для близких к банкротству миллионеров той или иной отрасли промышленности» 125. В эпоху общего кризиса капитализма ряд отраслей переживают хронический упадок. Типичными образцами депрессивных отраслей в Англии являются такие отрасли, как угольная, текстильная, судостроение. Среди капиталистов этих отраслей находят для себя наиболее благоприятную почву призывы к регулированию экономики и даже к «национализации». Благоприятную почву для таких призывов представляют также отрасли, имеющие особое стратегическое значение, как, например,, электрические станции, железнодорожный транспорт и т. п.

Наряду с депрессивными отраслями имеются отрасли, которым удалось завоевать себе относительно более устойчивый рынок. Это — всякого рода «новые отрасли», завоевавшие для себя «рынок за счет вытеснения старых отраслей. В этих более устойчивых отраслях обычно сильна оппозиция против государственной МОНОПОЛИИ, которая нередко является средством спасения и укрепления их конкурентов, т. е. воротил отраслей, находящихся в состоянии упадка.

Лондонская школа отражала интересы капиталистов этих более устойчивых отраслей, менее нуждающихся в поддержке со стороны государства. В этом отношении характерно высказывание Роббинса по вопросу о широко практиковавшейся в годы мирового экономического кризиса 1929—1933 гг. санации предприятий, стоящих на грани банкротства. Роббинс в то время выступал против санации. «Мы избегаем острой чистки. Мы предпочитаем «затянуть болезнь»» 126,— жаловался он. «Когда масштаб неправильных инвестиций и чрезмерная задолженность перешли через известную границу, то меры, которые отсрочивают ликвидацию, имеют тенденцию только ухудшить положение» 127. Роббинс отражал в указанной книге интересы тех кругов монополистического капитала, которые полагали, что они прочно стоят на земле и что они смогут справиться с экономическими трудностями собственными средствами без экстраординарных государственных мероприятий.

Эти споры имели место до второй мировой войны, но, как мы отмечали выше, в послевоенный период расхождения между сторонниками и «противниками» государственного вмешательства в экономику в значительной мере сошли на нет. Споры, которые ведутся между буржуазными экономистами, касаются деталей, а именно вопроса о формах «регулирующих» мероприятий. Одна группа подчеркивает необходимость так называемого «физического

контроля», под которым имеются в виду различные методы рационирования сырья и продовольствия, непосредственного распределения имеющихся в ограниченном количестве материалов между предприятиями, принудительного направления рабочей силы на отдельные предприятия и т. д. Эти методы обычно рекомендуются в отношении отраслей, наиболее тесно связанных с военной подготовкой, которые империалистические круги стараются форсировать всеми средствами. Другая группа экономистов отстаивает предпочтительность «стоимостного контроля» в форме регулирования спроса при посредстве кредитной, налоговой, бюджетной, валютной политики, через воздействие на уровень цен и т. д. Как ни пытаются буржуазные экономисты раздувать эти разногласия, последние имеют совершенно второстепенный характер. В зависимости от конкретной обстановки, в частности от наличных запасов материалов и сырья, от международной обстановки и т. д., буржуазные правительства применяют то один, то другой метод, то комбинируют их в разных соотношениях. Оба метода имеют целью наилучшим образом обеспечить интересы монополий.

Важно отметить, что фритредерская аргументация, прежде столь господствовавшая в апглийской экономической литературе, все больше уходит в область прошлого. Демагогию о «плановом капитализме» стали применять даже экономисты, принадлежавшие к лондонской школе. В этом отношении характерна книга Роббинса «Экономическая проблема войны и мира», вышедшая в 1947 г., в которой он открыто переходит на сторону Кейнса и сторонников «регулируемого капитализма». Любопытно отметить, что в полемике, развернувшейся в январе 1951 г. на страницах консервативного журнала «Спектейтор» по вопросу о методах милитаризации хозяйства, Роббинс выступил сторонником наиболее жестких форм «регулирования» экономики в виде прямого распределения сырья, установления системы рационирования и т. д. Роббинс оправдывает такие мероприятия соображениями о том, что нужно спешить с военной подготовкой.

Былые выступления Роббинса против государственного вмешательства в экономику оказались забытыми, когда речь зашла о гонке вооружения. Сейчас среди английских буржуазных экономистов пользуется большой популярностью следующая формула: «Выравняйте совокупный спрос и совокупное предложение и предоставьте свободу действию механизма цен». Такую позицию защищают Харрод128, Джукиз129, Мид130. Эта формула весьма отчетливо выражает требования монополистического капитала. Последний цребует, чтобы государство обепечило соответствие совокупного спроса и совокупного предложения, т. е., иными словами, чтобы оно обеспечило обширный рынок путем предоставления военных заказов. Монополии требуют, чтобы государство выступало в роли гаранта наивысшей нормы прибылей. С этим связано требование предоставления крупных субсидий монополистическим предприятиям, находящимся под угрозой банкротства. Монополии прежде всего стараются переложить свои убытки на государственную казну. Под их давлением государство проводит во время кризиса принудительное картелирование с целью повышения цен и сокращения производства на тех предприятиях, которые конкурируют с монополиями, с тем чтобы переложить убытки от кризиса на плечи их конкурентов, на средних и мелких капиталистов. Важнейшим содержанием «антикризисных» мероприятий, как показано в пятой главе, является наступление на жизненный уровень трудящихся при помощи иифляции, усиления милитаризма* экспансионистской внешней политики п подготовки войны.

Стремясь «огосударствить» убытки, монополии, однако, менее всего склонны поделиться с государственной казной своими прибылями. Отсюда — вторая часть приведенной выше формулы: предоставьте «свободу рук» монополиям в случае благоприятной конъюнктуры, т. е. предоставьте монополиям «свободу» грабить потребителя так, как это им заблагорассудится. Суть этой формулы весьма элементарна: обеспечьте монополиям высокие прибыли при плохой конъюнктуре и неограниченную возможность взвинчивания цен при хорошей. 4.

<< | >>
Источник: И. Г БЛЮМИН. КРИТИКА БУРЖУАЗНОЙ ПОЛИТИЧЕСКОЙ экономии. ТОМ II. КРИТИКА СОВРЕМЕННОЙ АНГЛИЙСКОЙ И АМЕРИКАНСКОЙ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЭКОНОМИИ. 1961

Еще по теме ВОСХВАЛЕНИЕ ГОСУДАРСТВЕННО-МОНОПОЛИСТИЧЕСКОГО КАПИТАЛИЗМА ПОД ФЛАГОМ ЗАЩИТЫ ГОСУДАРСТВЕННОГО ВМЕШАТЕЛЬСТВА В ЭКОНОМИКУ:

  1. Пределы государственного вмешательства в экономику и недостатки государственного регулирования
  2. Государственно-монополистический капитализм: новые аспекты
  3. Государственно-монополистический капитализм в сельском хозяйстве.
  4. 4.1. Государственно-монополистический образ современного капитализма
  5. Необходимость государственного вмешательства в экономику
  6. 60. Несостоятельность рынка и государственное вмешательство в экономику. Аллокативная роль государства.
  7. Основные направление экономической деятельности государства. Пределы государственного вмешательства в экономику.
  8. 1. Изъяны рынка и необходимость государственного вмешательства в экономику. Сущность и виды общественных благ.
  9. АПОЛОГИЯ МИЛИТАРИЗМА ПОД ФЛАГОМ «ПЛАНИРОВАНИЯ»
  10. Границы государственного вмешательства в рыночный механизм
  11. 18.4. Государственное регулирование экономики и экономическая политика программы государственных затрат; государственный бюджет и государственный долг; кредитно-денежная политика; регулирование денежного спроса и предложения банковской системы; взаимодействие центрального банка и правительства
  12. 16.4. Государственное регулирование экономики и экономическая политика основы методологии и. методы регулирования экономики; функции государства в смешанной экономике; система государственного регулирования экономики
  13. 66. Несостоятельность конкурентных рынков и государственное вмешательство
- Информатика для экономистов - Антимонопольное право - Бухгалтерский учет и контроль - Бюджетна система України - Бюджетная система России - ВЭД РФ - Господарче право України - Государственное регулирование экономики в России - Державне регулювання економіки в Україні - ЗЕД України - Инновации - Институциональная экономика - История экономических учений - Коммерческая деятельность предприятия - Контроль и ревизия в России - Контроль і ревізія в Україні - Кризисная экономика - Лизинг - Логистика - Математические методы в экономике - Микроэкономика - Мировая экономика - Муніципальне та державне управління в Україні - Налоговое право - Организация производства - Основы экономики - Политическая экономия - Региональная и национальная экономика - Страховое дело - Теория управления экономическими системами - Управление инновациями - Философия экономики - Ценообразование - Экономика и управление народным хозяйством - Экономика отрасли - Экономика предприятия - Экономика природопользования - Экономика труда - Экономическая безопасность - Экономическая география - Экономическая демография - Экономическая статистика - Экономическая теория и история - Экономический анализ -