<<
>>

1. СТАРЫЙ ЛИБЕРАЛИЗМ

Кризис современной буржуазной политической экономии получил наиболее отчетливое выражение в работах сторонников «регулируемого капитализма». Но этот кризис не мог не отразиться и на других направлениях современной буржуазной политической экономии.

Он вызвал определенную эволюцию либерального течения, породив особое направление — так называемый неолиберализм.

Сторонники неолиберального направления сохранили в основном аппарат старой вульгарной политической экономии. Они пробавляются теоретическими конструкциями, порожденными австрийской, лозаннской, кембриджской школами и другими направ лениями, выступившими на арену еще в конце прошлого столетия. Следуя этим направлениям, неолибералы занимаются воспеванием капиталистической конкуренции, подчеркивая, что механизм последней автоматически обеспечивает паилучшие условия для развития производительных сил. Некоторые из современных либералов придерживаются еще такой явно обанкротившейся теории, как теория реализации Ж.-Б. Сэя. Так, известный французский буржуазный экономист Ж. Рюэфф выступает в защиту этой теории со всеми вытекающими из нее выводами. «Поскольку существует определенный продукт,— безапелляционно заявляет он,— нет ли малейших оснований беспокоиться о покупательной способности, которая бы этот продукт поглотила, и нет оснований стараться создать ее соответствующей политикой» ]. При наличии невмешательства государства в процесс ценообразования, заявляет он, каков бы ни был урожай, производители всегда смогут его продать; какова бы ни была длительность рабочего дня, никогда не будет постоянной безработицы. Безоговорочным сторонником теории реализации Сэя выступает и JI. Мизес. В сборнике, посвященном Мизесу, под заглавием «О свободе и свободном пред- приятии» напечатана специальная статья X. Петерсона в защиту пресловутого «закона Сэя».

Но как ни пытаются сторонники либерализма удержаться на старых позициях, они вынуждены вносить существенные поправки в свои теоретические построения.

Дело в том, что традиционные буржуазные теории, из которых исходят либералы, связаны с определенными выводами в вопросах экономической политики. Восхваление стихийной игры спроса и предложения неразрывно связано с защитой политики laissez faire. Такие выводы, в частности, делали старые представители австрийской школы. Но эти выводы не соответствуют современному экономическому положению и интересам большинства буржуазии. Современное экономическое положение капиталистических стран характеризуется все возрастающим вмешательством государства в экономическую жизнь. Буржуазные экономисты не імогут просто отмахнуться от этих фактов, связанных с развитием государственно-монополистического капитализма. Как пишет немецкий буржуазный экономист В. Вебер, теперь стало «общим мнением (communis opinio)..., что в основе имеет место дискуссия не о том, должно ли государство вмешиваться или нет, а исключительно о том, в каких областях, в каких формах и в каком объеме это целесообразно осуществить» 387.

Перед лицом этих фактов современные либералы пытаются изыскать какие-то новые теоретические аргументы для усиливающегося государственного вмешательства в экономику. Они должны как-то разрешить противоречие между их исходными теоретическими позициями и практическими предложениями в области экономической политики.

Вместе с тем для современных либералов становится все труднее защищать оптимизм в таких безграничных дозах, которые были характерны для экономистов XIX в. После мирового экономического кризиса 1929—1933 гг. нельзя просто отмахнуться от проблемы экономических кризисов перепроизводства. Не случайно многие современные либералы вынуждены были сделать уступки кейнсианцам в вопросах антикризисной политики.

По всеїм этим причинам произошла некоторая перестройка либерального направления. Современные неолибералы значительно отличаются от защитников старого* либерализма, господствовавшего в прошлом столетии. Как указывает французский экономист Э. Жамс, «если бы Бастиа или Дюнуайе поднялись из могил, то они, вероятно, всех этих авторов, которые допускают государственное вмешательство для «организации» конкуренции или для лучшего распределения прибыли, заклеймили бы как ренегатов.

И действительно, неолибералы признают значительно меньшую экономическую свободу, чем сторонники неограниченной конкуренции» 388. Как указывает другой французский автор, Гоннар, современные либералы «не приемлют систематического антиэта- тизма (т. е. оппозиции против государственного вмешательства.— И. Б.) предшественников, живших в прошлом столетии» 389.

Лишь немногие современные буржуазные экономисты решаются защищать либерализм в полном и пеурезанном виде. Наиболее крайний и/ упрямый защитник политики laissez Іаіге їв современных условиях — Л. Миїзес390. Он принципиальный противник всякого государственного вмешательства в экономику. «Прави- тельствсшиос вмешательство,— пишет он,— всегда означает либо насильственное действие, либо угрозу такого действия. В конечном счете правительство обращается к помощи вооруженных людей, полицейских, жандармов, солдат, тюрем и палачей. Существенная особенность правительства заключается в навязывании своих законов с помощью избиений, убийств и заключений в тюрьму. Те, кто требуют увеличения государственного вмешательства, требуют в конечном счете больше принуждения и меньше свободы»Ч Мизес отрицает не только таможенные пошлины, воздействие правительства при помощи налоговой политики, рабочее законодательство, частичную национализацию н муниципализацию, он выступает даже против государственного контроля и регулирования в условиях военной экономики. «Реализация этих (т. е. военных.— И. Б.) программ,— пишет он,— не требует установления контроля и приоритетов» 391. Ключ к укреплению капитализма он видит только в беспрепятственном развитии свободного предпринимательства.

«Нет других средств,—заявляет он,—для достижения полной занятости, роста реальной заработной платы и высокого уровня жизни для простого человека, кроме частной инициативы и свободного предпринимательства» 392. Политику laissez faire он объявляет не только наиболее целесообразным, но и единственным эффективным1 средством борьбы с коммунизмом.

В своих критических выступлениях против сторонников «регулируемого капитализма» Мизес подметил некоторые 'слабые стороны своих против ников.

В частности, Мизес 'обрушивается на тех, кто одновременно критикует и капитализм и коммунизм (как он их называет—«антикоммун ист ически х либералов»). Он правильно говорит, что. нужно выбирать одежду капитализмом и социализмом и что всякие половинчатые решения этой кардинальной проблемы обречены на неудачу. «Люди,— пишет он,— должны выбирать между капитализмом и социализмом. Они не могут избежать этой дилеммы, создавая капиталистическую систему без предпринимательской прибыли» 9.

Мизес критикует государственное вмешательство в экономику с реакционных, консервативных позиций.

Рьяно защищая принцип lassez faire, Мизес замазывает факты, связанные с ростом гос у дарствен шо-одои іонол тгс тич еского капитализма. Он не учитывает такую «мелочь», как огромный рост монополий, получивших господство в капиталистической экономике. Он отрицает существование самостоятельной проблемы капиталистических монополий. Все зло, по его мнению, коренится в государственном вмешательстве в экономику. Последнее, по словам Мизеса, ,якобы породило монополии. «Великая проблема монополий, перед которой стоит сегодня человечество,— пишет он,— не является продуктом развития рыночной экономики. Это — продукт преднамеренных действий со стороны правительства»10. I to- ставив, таким образом, эту проблему на голову, Мизес оказался неспособным не только» решить, но даже поставить вопрос о причинах, вызвавших усиление вмешательства буржуазного государства в экономику. Оп усмотрел в этом вмешательстве лишь аномалию, противоречащую «нормальным» законам капиталистического развития.

Попытка Мизеса уложить современный капитализм в прокрустово ложе учения о laissez faire, отв»ечавшего действительности сто лет назад,— яркий пример доктринерства. Последнее не является индивидуальной особенностью Мизеса. Оно характеризует все работы современных представителей старого либерализма или, как их называют некоторые авторы, «абсолютных либералов» п.

Таких же позиций придерживается и Ж. Рюэфф, хотя он выступает в менее категорической форме и допускает 'некоторые отклонения от принципа laissez faire, В своей работе «Почему, несмотря на все, я остаюсь либералом?» оп выдвинул положение, что «источник всех гнусностей капиталистического режима» — государственное вмешательство 12.

Полностью игнорируя изменения в экономике современного капитализма, Рюэфф объявляет источником всех социальных бедствий... нарушение бюджетного равновесия. Свою двухтомную 9

Ibid., р. 150. 10

L. М і s е s. Human Action, p. 363. 11

См. F. Karrenberg. Neoliberalismus — Neosozialismus. «Jahrbiicher fur Nationalokonomie und Statistik», Bd. 166, 1954, H. 5—6. 12

J. R u e f f. Pourquoi malgre tout je reste liberal. P., 1934, p. J5.

книгу «Социальный порядок» он заканчивает следующими словами: «Именно вследствие дефицита (речь идет о бюджетном дефиците.— Я. Б.) люди теряют свою свободу» 13. «Социальный порядок или рабство — такова единственная перспектива для народов, живущих в условиях отсутствия финансового равновесия» и. Рюэфф предлагает создать институт так называемых тесмотетов, которые пожизненно! назначались бы «коллегией наиболее высоких моральных авторитетов страны» и которые могли бы налагать вето на любое постановление парламента, если оно, ио их мнению, может привести к бюджетному дефициту.

Нет необходимости давать критику теорий старого либерализма, отрицающих экономическую необходимость государственного вмешательства в экономику и трактующих явления,- связанные с последним, как случайную аномалию. Несостоятельность таких воззрений очевидна. Объяснения требует другой факт — почему работы Мизеса имеют широкое хождение и, судя по сборнику «О свободе и свободном предприятии», он имеет многочисленных сторонников в разных капиталистических странах. Объяснение этого факта следует искать в том, что многие стороны экономических писаний Мизеса весьма выгодны для буржуазии и широко используются буржуазными авторами.

Прежде всего следует отметить, что Мизес — один из самых ярых противников социализма. В течение многих лет он упражняется 9 распространении положения, что в социалистическом обществе, при отсутствии свободно складывающихся на рынке в процессе стихийной игры спроса и предложения цен, невозможен якобы правильный учет издержек производства и тем самым невозможна рациональная организация хозяйства.

За сорок лет существования советской экономики сложилась определенная система хозяйственного расчета. Социалистическая система за эти годы обеспечила невиданные темпы развитая производительных сил, показав тем самым огромные преимущества перед капиталистической системой. Под влиянием этих бесспорных фактов многие буржуазные экономисты вынуждены были отказаться от приведенного тезиса Мизеса, но автор этого тезиса по-прежнему продолжает упорствовать на своей явно обанкротившейся позиции. В работах Мизеса критики социалистической экономики по- прежнему продолжают черпать аргументацию для своих критических вылазок и инсинуаций но адресу социалистических стран.

Вместе с тем Мизес и другие теоретики старого либерализма выступают в качестве наиболее бесцеремонных апологетов капитализма. Мизес считает опасным и избегает какого-либо заигрывания с социалистами. В своих работах он на все лады занимается воспеванием капиталистического способа производства. Он всюду настойчиво проводит точку зрения, что капитализм ни в малейшей степени не несет ответственности за социальные бедствия современности, в частности за массовую безработицу, он взваливает вину на рабочий класс. «Массовая безработица не есть доказательство недостатка капитализма, она — доказательство недостатка традиционных методов союзо/в» (имеются в виду профсоюзы.— И. Б.) 393.

Для буржуазии весьма привлекательной стороной писаний Мизеса и его сторонников является активная оппозиция против всяких мероприятий, представляющих собой вынужденные уступки буржуазии рабочему классу, в частности против рабочего законодательства. Свой основной огонь старолибералы направляют против подобного рода мероприятий, например против социального' страхования, пособий по безработице, законов о со^ кращении рабочего дня, общественных работ в той мере, в какой они связаны со строительством школ, больниц и т. п. Как ни мизерны мероприятия, проводимые буржуазным государством в этой области, они вызывают яростную критику со стороны наиболее откровенных защитников капитала.

Идеологи старого либерализма занимают видное место среди пропагандистов наступления на жизненный уровень рабочего класса. Рюэфф в свое время получил широкую известность как автор теории, сводящей причины массовой безработицы к завышенному уровню заработной платы. Он в 1925 г. выступил со статьей, посвященной безработице в Англии 394. Оперируя статистическими данными об индексах номинальной заработной платы, стоимости жизни и числа безработных, Рюэфф пытается показать наличие прямой связи между размером безработицы и уровнем реальной заработной платы. С ростом последней растет, по- Рюэф- фу, и безработица. Для снижения безработицы нужно снизить заработную плату — таков основной вывод Рюэффа, встреченный очень сочувственно в буржуазной экономической литературе. Некоторые авторы окрестили это чисто апологетическое измышление «законом Рюэффа».

В основе вывода Рюэффа лежит порочная статистическая методология. Во-первых, он отождествил фактически получаемую рабочими заработную плату с официальными тарифными расценка,ми. Между тем в фазе подъема фактически получаемая заработная плата обычно выше тарифных расценок, а в фазе кризиса

она ниже. Во-вторых, Рюэфф при определении реальной заработной платы исходит из уровня оптовых цен. Между тем рабочим приходится покупать товары не по оптовым, а по розничным ценам, которые сохраняются на высоком уровне и в годы кризиса. В-третьих, Рюэфф исходил из официального индекса стоимости жизни, дающего искаженное представление о расходах рабочей семьи. В обследованных бюджетах, на основе которых строился этот индекс, не были учтены расходы на отопление, ига квартиру, на одежду, на транспортные и другие «разные» расходы.

«Заслуги» Мизеса, Рюэффа и им подобных їв отношении отстаивания наиболее реакционных теорий и методов буржуазной политики очевидны. Некоторые авторы открыто восхваляют Мизеса за его реакционность. Так, в сборнике «О свободе и свободном предприятии» мы встречаем такое высказывание JI. Рида: «Длительное доверие к Людвигу фон Мизесу объясняется тем, что в течение нескольких десятилетий он был наиболее «реакционным» среди ученых, реакционером по* разуму и экономической теории. За это от заслужил наше восхищение и благодарность» 395. Этими «заслугами» объясняется широкое распространение писаний Мизеса и других идеологов старого либерализма в буржуазном мире.

Но как ни велики «заслуги» Мизеса и компании в отношении отстаивания наиболее реакционных теорий, писании идеологов старого либерализма не могут вполне удовлетворить буржуазию.

Во-первых, Мизес и компания, с буржуазной точки зрения, выплескивают с (водой и ребенка. Мизес выступает не только против рабочего законодательства и каких-либо уступок рабочему классу, по и против таких регулирующих мероприятий, которые весьма выгодны монополистическому капиталу, например против правительственной поддержки экспортных 'монополий. Единомышленник Мизеса, Рюэфф, отвергает всякое искусственное форсирование экспорта. А Мизес отвергал столь выгодную для экспортных монополий США меру, как «план Маршалла». Не приходится говорить о том, что высказывания Мизеса но вопросам военной экономики, например его отрицательное отношение к установлению приоритетов, к нормированию дефицитных видов сырья и продовольствия, не может встретить сочувствия среди весьма влиятельных кругов буржуазии, в частности среди монополий, связанных с военным ведомством. Буржуазные круги1 проходят мимо подобного рода предложений, трактуя их как старомодные высказывания доктринеров, далеких от современной капиталистической практики. Буржуазия прощает Мизесу подобного рода старомодные высказывания лишь за его «полезную» деятельность по борьбе с рабочим1 движением.

Во-вторых, более дальновидные буржуазные деятели отдают себе отчет в том, что апологетические приемы, применяемые Ми- весом, Рюэффом и другими» идеологами старого либерализма,, слишком грубы, прямолинейны, имеют топорный характер. В этом отношении характерно высказывание английского журнала «Экономист» по« поводу книги Мизеса «Плановый хаос». «Экономист» писал, что в этой работе «либерализм... представлен в своей наиболее грубой и наименее убедительной форме; и никто не будет сожалеть об этом результате больше, чем сами либералы... Доктрина Мизеса принадлежит к такому роду оружия, которое вызывает больше страха среди ее друзей, нежели среди ео врагов. Как средство вызвать насмешки среди левых, трудно придумать нечто лучшее» 396. Более дальновидные буржуазные деятели отдают себе отчет в том, что откровенная защита наступления на жизненный уровень рабочего класса не может встретить сочувствия среди1 рабочих. Некоторые авторы прямо указывали,, что пропаганда так называемого «закона Рюэффа» будет способствовать не укреплению, а1 подрыву веры рабочих в капиталистический строй. В таком роде высказался известный французский буржуазный экономист! Р. Пикар, который писал по адресу Рюэффа: «Если действительно нынешний экономический режим должен для своего сохранения требовать без конца жертв от одного и того же социального класса, он был бы осужден. Тезис господина Рюэффа, выдаваемый за объективную и абсолютную истину, как раз подходит, чтобы внушить, что ото именно так и не может быть иначе. Если бы это было правильно, нет ничего, что могло бы отвратить рабочих от отчаяния и восстания» 397.

Многие буржуазные деятели понимают, что. крайний аптиэта- тизм Мизеса ж компании связан с отказом от каких-либо социальных реформ, при помощи которых буржуазия надеется привлечь на свою сторону значительную часть рабочего класса, и что подобная позиция затрудняет идеологическую обработку рабочих в буржуазном духе.

По всем этим причинам старый либерализм, хотя он имеет видных теоретиков и хотя его работы используются для некоторых идеологических кампаний, не оказывает большого влияния на современную буржуазную экономическую мысль. Он слишком старомоден. Использование государства монополиями в современных условиях получило» такое широкое распространение и осуществляется в таких больших масштабах, что категорическое отрицание государственного вмешательства в экономику звучит теперь как анахронизм и вызывает возражения даже у самых откровенных поклонников капитализма.

Значительное влияние на эволюцию либерализма оказал мировой экономический кризис 1929—1933 гг. Он вынудил буржуазные правительства ряда стран к проведению ан тикризиюных мероприятий. Даже/ такой твердолобый защитник «свободного предпринимательства», как бывший президент США Г. Гувер, вынужден был признать необходимость усиления государственного вмешательства в экономику для борьбы с кризисом. В одной из своих речей во время этого кризиса он заявил: «Когда силы уходят из- под контроля частных лиц или других совместных действий, из- под контроля местных самоуправлений и штатов, тогда должен быть пущен в ход большой резерв власти федерального правительства для того, чтобы защитить общество» 398. Правительство Гувера пыталось бороться с кризисом при помощи ряда мероприятий. Оно, в частности, создало «фермерскую палату» для изъятия с рынка «излишков» зерна и хлопка. Одним из важнейших мероприятий этого правительства была организация в начале 1932 г. Геконструктивпой финансовой корпорации, представлявшей собой своеобразную «спасательную» организацию, призванную оказать «скорую помощь» предприятиям, которым угрожало банкротство. Она была образована в основном за счет государственных средств. Антикризисные мероприятия, которые наметило и начало осуществлять правительство Гувера, были продолжены и значительно расширены Ф. Гузвельтом в период «нового курса». Американский экономист Бродус Митчелл подчеркивал, что открыто выраженная и подразумеваемая политика Гувера ближе стоит к «новому курсу», чем обычно признается. У. Липпман считает, что программа Гувера представляла более резкий разрыв о прошлым, чем программа «нового курса» 399.

Наиболее симптоматично в данном вопросе то, что большую антикризисную программу пытался осуществлять человек, взгляды которого по экономическим вопросам примыкали к воззрениям старого либерализма. Это показывает, что идеологи старого либерализма не могли удержаться на своих позициях, когда им пришлось столкнуться с огромными трудностями, порожденными мировым экономическим кризисом 1929—1933 гг.

Одним из важнейших факторов, обусловивших потерю старым либерализмом его былого влияния, является огромный рост 'милитаризма. Милитаризация хозяйства приводит к наиболее полному подчинению государственного аппарата военно-промышленным концернам. Она означает работу на казну множества предприятий, обслуживающих военный спрос. Государственно-моно- нолитический капитализм получает при милитаризации хозяйства особенно не/прикрытое выражение.

В этих условиях многие экономисты, защищавшие в прошлом политику laissez faire, стали выступать за государственное вмешательство в экономику. В этом отношении характерна книга Л. Роббинса «Экономическая проблема войны и мира», вышедшая в 1947 г., в которой он присоединился к некоторым положениям Кейнса и признал целесообразным осуществление в некоторой степени государственного вмешательства в экономику. Любопытно отметить, что в полемике, развернувшейся в январе 1951 г. на страницах консервативного журнала «Спектейтор» по вопросу о милитаризации хозяйства, Роббинс выступил сторонником наиболее жестких форм регулирования экономики в виде прямого распределения сырья, установления системы рационирования и т. д. Роббинс оправдывал такие мероприятия соображениями о том, что нужно спешить с военной подготовкой.

Характерно, что такой видный идеолог старого либерализма, как французский экономист Ш. Рист, в своей последней работе выступил против неограниченного применения принципа laissez faire. В «биографических заметках» Ш. Риета, опубликованных посмертно в 1955 г., мы встречаем, например, следующее признание: «Я всегда инстинктивно' отвергал ортодоксальный либерализм, который еще торжествовал в момент, когда я начинал свои исследования. Этот либерализм мне представлялся надуманным и невежественным» 400.

Весьма характерны идеологические изменения, наблюдающиеся среди деятелей Национальной ассоциации промышленников США. Официальной доктриной этой ассоциации является защита «свободного предпринимательства» в духе старого либерализма. Развернутое выражение эта доктрина получила в большой работе, выпущенной Национальной ассоциацией промышленников в 1946 г., под заглавием «Американская индивидуальная система предприятий» («The American Individual Enterprise System»). Резюмируя благодетельное влияние свободной конкуренции, авторы этой работы 'заявляют, что «с точки зрения общественного благоденствия конкуренция служит регулятором и фактором снижения цен, стимулом к усовершенствованию производительности труда, гарантом того, что мы получим все, что пожелаем, и охранителем свободы производства» 401. В 30-х годах Национальная ассоциация промышленников вела упорную борьбу против регулирования экономики», проводившегося правительством Франклина Рузвельта. Однако следует учесть, что эта борьба велась в основном против отдельных конкретных форм такого регулирования и прежде всего — против закона Вагнера. «Когда же 5 июля 1935 г. законопроект Вагнера стал законом, корпорации, а не

Верховный суд,— пишет Д. Сельдес,— немедленно объявили, что он не соответствует конституции» 402. Как известно, реакция победила, и демократические достижения «нового курса» были уничтожены в 1947 г. принятием реакционного закона Тафта — Хартли, составленного по указаниям Ассоциации промышленников, и ряда других законов, направленных против рабочего движения. С этого времени официальная оппозиция крупнейших американских бизнесменов против государственного регулирования экономики значительно ослабла.

За последнее' время всіє более учащаются открытые выступления крупных промышленных и банковских деятелей США в защиту усиленного вмешательства государства в экономику. Так, например, вице-президент «Ферст нэптнел сити бэнк оф Чикаго» Герберт Прочнау в статье под названием «Отношение правительства к бизнесу: прошлое и будущее» следующим образом определяет экономическую роль государства, говоря об «Акте о занятости» 1946 г.: «В этом акте имеются широкие возможности для регулирования национальной экономики. Обеспечивая требования акта, президент может призывать отдельных руководителей бизнеса и труда следовать определенной экономической политике. Сегодня действия федерального правительства пронизывают всю экономику» 403. В связи с этим Прочнау призывает к пересмотру взглядов бизнесменов на связь правительства с бизнесом. На таких же позициях защиты усиления экономической роли буржуазного государства стоит крупный делец Э. Шмидт. «Возможно,— заявляет он,— мы (т. е. система частного предпринимательства.-- И. Б.) не так хороши, как думали раньше». Шмидт приветствует вложение государственных средств в ряд отраслей, в первую очередь — в военные отрасли. «В 1956 г.,— заявляет он,— ...примерно одна треть национального дохода проходила через государство. Мы являемся примерно па треть социализированными» 404. Шмидт пе возражает против дальнейшего роста удельного веса государственного сектора. Он в перспективе предвидит, что государственный сектор охватит всю экономику, и он не возражает против такой перспективы. «Если правительственный сектор будет продолжать расти, как это имело место с 1929 г.,—пишет он,—то в течение 50 лет 99% пашей экономики будет социализировано и только одно лицо из ста будет наниматься частным образом» 405.

Такие выступления крупных дельцов весьма симптоматичны. Они свидетельствуют о продолжающемся отходе от идей «свободного предпринимательства», составлявших прежде официальную доктрину крупнейших предпринимательских организаций. В этих условиях защита старого либерализма в его полной неприкосновенности становится все более затруднительной. 2.

<< | >>
Источник: И. Г. БЛЮМИН. КРИТИКА БУРЖУАЗНОЙ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЭКОНОМИИ / КРИЗИС СОВРЕМЕННОЙ БУРЖУАЗНОЙ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЭКОНОМИИ. Том 3.. 1962

Еще по теме 1. СТАРЫЙ ЛИБЕРАЛИЗМ:

  1. 1. Старый порядок и либерализм
  2. 1. Старый институционализм
  3. 3. Старый и новый институционализм
  4. Старый тормоз экономики: прописка в России
  5. Либерализм и принцип национальности
  6. Слабость немецкого либерализма
  7. Мировые идеологии: либерализм» консерватизм социализм» фашизм
  8. 22.1. Современный либерализм
  9. Классический либерализм, laissezfaire и «вашингтонский консенсус»
  10. Политическая и социальная доктрины либерализма
  11. ЛИБЕРАЛИЗМ B ГЕРМАНИИ
  12. 10. Политика протекционизма и либерализма в мировой торговле на современном этапе
- Информатика для экономистов - Антимонопольное право - Бухгалтерский учет и контроль - Бюджетна система України - Бюджетная система России - ВЭД РФ - Господарче право України - Государственное регулирование экономики в России - Державне регулювання економіки в Україні - ЗЕД України - Инновации - Институциональная экономика - История экономических учений - Коммерческая деятельность предприятия - Контроль и ревизия в России - Контроль і ревізія в Україні - Кризисная экономика - Лизинг - Логистика - Математические методы в экономике - Микроэкономика - Мировая экономика - Муніципальне та державне управління в Україні - Налоговое право - Организация производства - Основы экономики - Политическая экономия - Региональная и национальная экономика - Страховое дело - Теория управления экономическими системами - Управление инновациями - Философия экономики - Ценообразование - Экономика и управление народным хозяйством - Экономика отрасли - Экономика предприятия - Экономика природопользования - Экономика труда - Экономическая безопасность - Экономическая география - Экономическая демография - Экономическая статистика - Экономическая теория и история - Экономический анализ -