<<
>>

КРИЗИС «ТЕОРИИ РАВНОВЕСИЯ»

Одним из важнейших устоев традиционной буржуазной апологетики является «теория равновесия». Многие буржуазные экономисты (например, Д. Б. Кларк, И. Шумпетер) выделяли специальный раздел политической экономии, рассматриваемый в качестве теоретической базы всего последующего анализа,— так называемую статику, в которой экономическое равновесие рассматривалось, так сказать, в чистом виде, при абстрагировании от всех факторов, которые могут его нарушить.

Традиционные буржуазные теории рассматривали состояние равновесия как нормальное, типичное состояние капиталистической экономики, лишь изредка нарушаемое в силу действия каких- либо случайных факторов. Капиталистическая экономика, согласно этим теориям, обладает идеальным механизмом, позволяющим легко и быстро преодолевать возникающие диспропорции и восстанавливать нарушенное равновесие.

Вместе с тем равновесие трактовалось как идеальное состояние экономики, обеспечивающее наилучшее использование наличных производственных ресурсов и реализацию так называемого максимума полезности. Состояние равновесия в представлениях буржуазных экономистов обычно ассоциировалось с существованием полной занятости. Защитники традиционной «теории равновесия» обычно стояли на позициях теории реализации Ж.-Б. Сэя, отрицавшей возможность общего перепроизводства товаров. Одним из аспектов «теории равновесия» является положение о финансовом равновесии. Состояние равновесия, согласно этим представлениям, предполагает устойчивость денежного обращения, неизменный уровень цен, равновесие между расходами и доходами государства.

Некоторые из наиболее ретивых защитников теории равновесия утверждали, что состояние равновесия предполагает отсутствие эксплуатации рабочих капиталом, что в статических условиях, когда состояние равновесия ничем не нарушается, отсутствуют такие категории, как предпринимательская прибыль (теория Д.

Б. Кларка) или процент (теория Шумпетера).

«Теория равновесия» была использована прежде всего для восхваления ірьшочного хозяйства, для апологии автоматически действующего механизма свободной конкуренции. В условиях общего кризиса капитализма, как мы видели, вера в этот механизм пошатнулась в результате ослабления действия внутренних сил капитализма. В связи с этим пошатнулась и традиционная «теория равновесия». Она переживает длительный кризис.

Этот кризис не следует понимать в том смысле, что «теория равновесия» совершенно сошла со сцены. Она в современных условиях потеряла то место, которое занимала в конце прошлого — начале текущего столетия, когда она претендовала на всеобщее распространение, когда она занимала одну из ключевых позиций в буржуазной политической экономии. «Теория равновесия» в ее традиционной форме защищается сторонниками «свободного предпринимательства», специализирующимися на восхвалении рыночного хозяйства, в частности современными немецкими неолибералами. Так, глава немецких неолибералов В. Ойкен трактует равновесие в качестве критерия, позволяющего выбрать наиболее рациональную хозяйственную систему. «Вопрос о том, какой хозяйственный строй (Ordnungsform) должен быть осуществлен,— пишет он,— зависит прежде всего от того, содействует Л1І он восстановлению равновесия» 29. Равновесие в трактовке Ойкена* ассоциируется с требованиями экономической эффективности и справедливости. «Задача,—пишет он,—остается всегда той же— установление способного функционировать и справедливого строя. С точки зрения выполнения этой двойной задачи должно быть ясно, что означает равновесие: способность к функционированию. Это одна сторона равновесия. Не меньшее значение — и это следует подчеркнуть — имеет также вопрос справедливости» 30.

Но такие защитники «теории равновесия» составляют все же меньшинство среди современных буржуазных экономистов. По> мере распространения в буржуазных кругах идеи о том, что капиталистическая экономика нуждается для своего функционирования в каких-то искусственных подпорках и костылях, «теория равновесия» теряет свое влияние.

Эта теория те полностью отвергается, но в нее вносятся многие коррективы, которые подрывают ее основы и сводят ее в значительной мере на нет.

Кризис «теории равновесия» выражается прежде всего в том, что подвергается сомнению традиционное положение о равновесии как об идеальном состоянии экономики. В этом отношении особенно показателен пример Кейнса. Последний не отвергал прямо «теории равновесия», но он подчеркивал, что состояние равновесия отнюдь не обязательно связано с реализацией полной занятости. Ксйнс видел главную задачу в том, чтобы выяснить, как складывается рыночное равновесие в условиях, когда нет предпосылок для осуществления полной занятости, когда налицо так называемая вынужденная безработица. В этой трактовке понятие равновесия приобретает гораздо более ограниченное содержание. Оно означает только тенденцию к равенству спроса и предложения. Но эта тенденция в данной трактовке отнюдь не претендует па то, чтобы служить символом наиболее рационального и эффективного использования производительных сил. Она отнюдь не является залогом того, что капиталистический механизм действует бесперебойно и безотказно. В кейнсианской трактовке состояние равновесия отнюдь но выступает как гарантия всеобщего преуспевания и процветания.

Кейнс в своих работах особенно много внимания уделял критике требований финансового равновесия. По его собственным словам, он всю жизнь боролся с двумя фетишами, на которых базировалась валютная и бюджетная политика капитализма в прошлом: а) с принципом золотого стандарта и б) с положением о необходимости балансирования доходов и расходов государственного бюджета. Он не только пе считал, что устойчивое денежное обращение является самоочевидным идеалом, но во многих своих работах усиленно подчеркивал, что стремление во что бы то ни стало удержать золотой стандарт и обеспечить бюджетное равновесие чревато во многих случаях гибельными последствиями для экономики. Он провозгласил критерием «разумной» экономической политики отказ от золотого стандарта и объявил бюджетный дефицит чуть ли не нормой финансовой политики.

На этом вопросе мы более подробно остановимся в главе, посвященной теориям «регулируемого капитализма». Здесь мы только хотели показать, что подобного рода критика способствовала расшатыванию веры в то, что осуществление принципа равновесия избавляет капитализм от всех его противоречий.

Расшатыванию этой веры способствовало и распространение теорий, посвященных проблеме монополии п конкуренции. Многие буржуазные экономисты вынуждены были признать, что нельзя рассматривать свободную конкуренцию как нормальное, типичное явление для современного капитализма. Как ни порочны различные схемы, предложенные буржуазными экономистами для объяснения монопольных цен, но они означают признание того, что в современных условиях равновесие устанавливается не на базе свободной конкуренции. Как ни стараются буржуазные экономисты обелить монополии, но в своем большинстве они все же не в состо янии полностью замолчать грабительскую политику монополий. Иначе они рисковали бы полностью потерять доверие трудящихся масс. Некоторые, хотя и очень нерешительные, попытки критики монополий, встречающиеся в работах буржуазных экономистов, дают все же основание для утверждений о том, что равновесие в условиях наличия монополий отнюдь не является идеалом.

Эти утверждения в буржуазной литературе иногда формулируются так, что в условиях монополий (или, как выражаются буржуазные экономисты, в условиях «несовершенной конкуренции») возможно только несовершенное равновесие, которое, но их признанию, не является подлинным равновесием. Канадский экономист Клрстид, рассматривая случаи «несовершенной конкуренции», заявляет: «Это совсем не равновесие. Это ни в коем случае не определенное положение, его стабильность не соответствует, говоря словами Шумпетера, «экономической рациональности», оно поддерживается не точным балансированием экономических сил, как в Вальрасовской системе равновесия в условиях свободной конкуренции, а путем принуждения, путем использования власти в институциональной структуре, в которой соотношение власти чрезвычайно неустойчиво. Такое положение, следовательно, даже если оно устойчиво на протяжении некоторого периода, не является равновесием, и мы заключаем, что равновесие фирмы в условиях несовершенной конкуренции несовместимо с равновесием системы в строго Вальрасовском смысле» 31.

Мы привели эту выдержку для иллюстрации того, как некоторые буржуазные экономисты вынуждены признать невозможность устойчивого равновесия в современных условиях. Правда, эти экономисты не свободны от идеализации свободной конкуренции, когда равновесие также осуществлялось лишь на время и путем кризисных потрясений. «Теория равновесия» неприменима ни к капитализму свободной конкуренции, ни к монополистическому капитализму. Но в условиях последнего ее труднее защищать, ибо ее противоречие с действительностью выступает в более обнаженном виде.

В обстановке углубления экономических противоречий капитализма буржуазные экономисты должны были уделить значительно больше внимания проблеме экономических кризисов перепроизводства. Пеіред лицоїм усиливающихся кризисов многие буржуазные экономисты должны были признать, что нарушения равновесия отнюдь не носят такого кратковременного характера, какой рисовала традиционная «теория равновесия», что в ходе кризиса имеющиеся противоречия не только не преодолеваются, а продолжают в течение длительного времени обостряться. Так, кризис перепроизводства вызывает усиленную безработицу, а последняя способствует еще большему углублению разрыва между производственными возможностями капитализма и условиями реализации, т. е. приводит к дальнейшему обострению кризисов. Традиционная «теория равновесия» утверждала, что всякая диспропорция немедленно вызывает действие сил, которые преодолевают эту диспропорцию.

Практика капитализма (в особенности во время экономических кризисов перепроизводства и разрушительных инфляций) показала, что диспропорции и вообще экономические противоречия вызывают действие сил, которые углубляют эти диспропорции и противоречия.

Эти факты в какой-то мере должны были признать и некоторые буржуазные экономисты (например, шведский буржуазный экономист Виксель). Но признание таких фактов не могло не подорвать воры в устойчивость экономического равновесия. Во всяком случае нельзя не отметить явных трещин в формулировках, которые даются буржуазными экономистами по вопросу о равновесии.

Некоторые буржуазные авторы прямо утверждают, что термин «равновесие» имеет весьма условный характер.

Так, например, Пигу, рассматривая разные случаи равновесия, особо выделяет неустойчивое равновесие, когда «малейшее нарушение пробуждает дополнительные возмущающие силы, которые, действуя совокупно, удаляют систему от ее первоначальной позиции». Рассматривая этот наиболее характерный для •современной капиталистической экономики случай, Пигу замечает: «Практически, конечно, неустойчивое равновесие равнозначно отсутствию равновесия» 123. Еще дальше идет Дж. Робинсон, которая характеризует равновесие как метафору (это выражение взято из теоретической механики), имеющую весьма условный смысл. Она пишет: «Метафора равновесия довольно обманчива (treacherous), одиако мы знаем, что некоторые виды экономики менее подвержены нарушениям, чем другие... поэтому этим выражением удобно пользоваться при описании отсутствия нарушений. Мы можем говорить об экономике в состоянии спокойствия, когда она развивается спокойно, регулярно, без внутренних противоречий или внешних потрясений, так что ожидания, основанные на прошлом опыте, вполне обоснованы и фактически постоянно осуществляются, а следовательно, и постоянно возобновляются» 124.

Итак, если верить Робинсон, вся суть принципа равновесия сводится к тому, что иногда экономика переживает состояние относительного спокойствия. Нечего говорить о том,, что сам этот термин «спокойствие» имеет расплывчатый и неопределенный характер. Да и о каком спокойствии может идти речь в буржуазном обществе, раздираемом внутренними противоречиями. Сама

Робинсон вынуждена признать, что капиталистическая действительность совсем не похожа на это иллюзорное состояние спокойствия. «Достаточно только описать эти условия,— замечает она,— чтобы увидеть, насколько они далеки от состояния, в котором пребывает действительная экономика. В частности, капитализм никогда не мог бы возникнуть в таких условиях, потому что разрыв между трудом и собственностью, который делает возможным крупное предпринимательство, заключает в себе конфликт; и правила игры развивались именно так, чтобы сделать возможными накопление и технический прогресс в условиях неопределенности и неизвестности» 125.

В результате всех этих оговорок Дж. Робинсон от принципа равновесия фактически ничего не остается.

Некоторые буржуазные экономисты, ставя все точки над «и», отказываются вообще от принципа равновесия. Такова позиция упоминавшегося Эрика Линдаля, который характеризует предла гаемый им метод как «метод неравновесия» (disequilibrium method). Он подчеркивает, что при изучении экономической динамики нужно главное внимание обращать на случаи нарушения равновесия. При этом он акцентирует свое внимание на расхождении между предполагаемыми будущими ценами и доходами предпринимателей и действительно складывающимся положением (этот вопрос специально рассматривается нами в гл. VII). «Динамиче ский элемент,— утверждает он,— как раз и заключается в несовместимости этих предположений... Иными словами, в течение каж дого периода присутствует скрытое нарушение равновесия» 126. В критической статье, посвященной Кейнсу, Линдаль упрекает последнего в том, что он изучает равновесие и характеризует его теорию как статическую 127.

Критически относится к «теории равновесия» и другой видный шведский экономист Эрик Лундберг. Он считает, что «вся концепция о тенденции к всеобщему равновесию, осуществляющейся путем приспособления, должна быть отклонепа» 128.

Такую же точку зрения защищает американский экономист К. Болдинг, который пишет: «Теория развития организма во

времени должна быть скорее теорией неравновесия, чем равновесия. Действительно, подлинное равновесие неизвестно миру природы, поскольку все вещи подчинены необратимому процессу энтропии» 129.

«Теорию равновесия» отвергает и эконометрик Э. Домар. «Мы начинаем с того,— пишет он,— что отвергаем идею равновесия как состояние покоя, к которому, как предполагается, должна вернуть* ся стабильная система (это отличает наш подход от других динамических моделей, где движение переменных трактуется как отклонение от некоторых постоянных величин равновесия). Наша экономика никогда к этому состоянию не возвращается» 130. Рассматривая теорию стационарной экономики, Э. Домар замечает: «...Эта схема отслужила свое; в настоящее время она стала скорее мертвым грузом, чем орудием (познания)» 131.

Вынужденный отказ многих буржуазных экономистов от «теории равновесия» сопровождается участившимися за последнее время попытками создания динамических теорий. В ряде работ буржуазные авторы пытаются выявить основные факторы, определяющие экономическое развитие, формы и результаты их взаимодействия и т. д. Такого рода попытки перестройки политической экономии на путях изучения динамических процессов сами по себе представляют положительную тенденцию. Но в данном случае, как и в других подобных случаях, обнаруживается общая закономерность: там, где буржуазные экономисты иод влиянием обострившихся противоречий капитализма вынуждены отказываться от старых догм и встать па путь более реалистического анализа, они оказываются неспособными дать подлинно научный анализ в силу классовой ограниченности и апологетической направленности своих работ (см. гл. 7). 4.

<< | >>
Источник: И. Г. БЛЮМИН. КРИТИКА БУРЖУАЗНОЙ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЭКОНОМИИ / КРИЗИС СОВРЕМЕННОЙ БУРЖУАЗНОЙ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЭКОНОМИИ. Том 3.. 1962

Еще по теме КРИЗИС «ТЕОРИИ РАВНОВЕСИЯ»:

  1. Теории финансовых кризисов
  2. 2. КРИЗИС ТЕОРИИ «ПРЕДЕЛЬНОЙ ПРОИЗВОДИТЕЛЬНОСТИ»
  3. Теории макроэкономического равновесия
  4. § 2. Экономическая система в представлениях теории общего равновесия
  5. Теории макроэкономического равновесия
  6. Теории макроэкономического равновесия
  7. 26. Рыночное равновесие и неравновесие. Понятие устойчивости равновесия. Излишки потребителя и производителя как результат равновесия. Дефицит и избыток.
  8. 34. Кривые безразличия. Бюджетное ограничение. Положение равновесия потребителя в ординалистской теории полезности.
  9. 4.2.2. Оценка положений макроэкономической теории на базе вычислимой модели общего равновесия с сектором знаний
  10. Оценка положений макроэкономической теории на базе вычислимой модели общего равновесия отраслей экономики.
  11. 33.Положение равновесия потребителя в кардиналистской теории полезности. Правило максимизации полезности.
  12. Теории экономического равновесия и экономического роста
  13. Теории экономического равновесия и экономического роста
  14. Вопрос 11. Теории денег. Денежное обращение. Равновесие на денежном рынке
  15. Роль воздействия кризиса в сравнении с опытом прошлых кризисов
  16. 24. Частная и общее равновесие: их сущность. Классическая и кейнсианская модель достижения макроэкономического равновесия
  17. Сравнение равновесия Курно с равновесиями при монополии и совершенной конкуренции
- Информатика для экономистов - Антимонопольное право - Бухгалтерский учет и контроль - Бюджетна система України - Бюджетная система России - ВЭД РФ - Господарче право України - Государственное регулирование экономики в России - Державне регулювання економіки в Україні - ЗЕД України - Инновации - Институциональная экономика - История экономических учений - Коммерческая деятельность предприятия - Контроль и ревизия в России - Контроль і ревізія в Україні - Кризисная экономика - Лизинг - Логистика - Математические методы в экономике - Микроэкономика - Мировая экономика - Муніципальне та державне управління в Україні - Налоговое право - Организация производства - Основы экономики - Политическая экономия - Региональная и национальная экономика - Страховое дело - Теория управления экономическими системами - Управление инновациями - Философия экономики - Ценообразование - Экономика и управление народным хозяйством - Экономика отрасли - Экономика предприятия - Экономика природопользования - Экономика труда - Экономическая безопасность - Экономическая география - Экономическая демография - Экономическая статистика - Экономическая теория и история - Экономический анализ -