<<
>>

ИЗМЕНЕНИЕ СООТНОШЕНИЯ ВАЖНЕЙШИХ НАПРАВЛЕНИЙ В БУРЖУАЗНОЙ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЭКОНОМИИ

Одним из существенных моментов, характеризующих кризис буржуазной политической экономии, является изменение соотношения важнейших направлений в буржуазной экономической литературе.

В последней можно выделить два основных направления — сторонников «регулируемого капитализма» и защитников так называемого свободного предпринимательства (это направление обычно фигурирует под именем либерализма или неолибера- лизма). Наиболее видный идеолог первого направления — Д. М. Кейнс. В работах экономистов этого направления отмеченные выше новые тенденции, характеризующие современную буржуазную политическую экономию, выступают в наиболее обнаженном н развернутом виде. В отличие от первого второе направление воспроизводит в основном старые экономические теории, сложившиеся еще в конце прошлого столетия (австрийской, кембриджской школ и т. д.). Но хотя второе направление использует аппарат традиционных буржуазных теорий, оно в скрытой форме отражает новые тенденции, характеризующие современный этап буржуазной политической экономии. Борьба этих двух направлений выражает борьбу нового и старого в буржуазной экономической идеологии. Усиливающееся влияние первого направления свидетельствует о победе новых тенденций в буржуазной политической экономии.

Следует отметить, что в коренных вопросах мировоззрения и экономической теории (отношение к марксизму, отрицание теории трудовой стоимости, теории прибавочной стоимости, обнищания рабочего класса, неизбежности крушения капитализма и т. д.) нет существенных разногласий между представителями обоих направлений.

Важнейшее различие между указанными направлениями сводится к неодинаковой оценке опасности, угрожающей капитализму, и важности мероприятий, намечаемых для предупреждения этой опасности по линии борьбы с экономическими кризисами перепроизводства и безработицей. Следует отметить, что современные неолибералы не отказываются от подобного рода мероприятий, но они не склонны придавать им такого решающего значения, как это делают сторонники теорий «регулируемого капитализма».

Разногласия между обоими направлениями весьма отчетливо выступают при рассмотрении вопроса о так называемой полной занятости. Следует отметить, что буржуазные экономисты вкладывают особое содержание в этот термин. Под «полной занятостью» они понимают не полную ликвидацию безработицы, а лишь ее ограничение до уровня так называемой «стандартной», или «нормальной», безработицы. Так, например, У. Беверидж считает «нормальной» безработицей 3% от общей численности рабочих (1%, по Бевериджу, падает на сезонную безработицу, 1 % — на безработицу, вызванную техническим прогрессом, и 1 % — на безработицу, связанную с неблагоприятными изменениями внешней торговли).

Бывший президент США Г. Трумэн в своих мемуарах заявляет, что в 1946 г. в США существовала якобы «полная занятость», несмотря на наличие, даже по его весьма преуменьшенным расчетам, 2 млн. безработных, которых он относит к так называемой фрикционной безработице, т. е. безработице, обусловленной необходимостью перехода рабочих из одной отрасли и из одного района в другие 27. Следуя этой же точке зрения, профессор Чикагского университета Риз предлагает эмпирический метод определения «полной занятости» как занятости самого высокого уровня, достигнутого за последние два-три десятилетия, независимо от безработицы, существовавшей при этом наивысшем достигнутом уровне занятости28. Как видим, буржуазные деятели и идеологи вкладывают весьма скромное содержание в столь громко звучащий и столь популярный для рабочих лозунг «полной занятости». Но и в таком урезанном и ограниченном виде вопрос о «полной занятости» вызывает большие разногласия среди буржуазных экономистов. Сторонники теорий «регулируемого капитализма» выдвигают этот вопрос на первое место, подчеркивая, что массовая безработица представляет собой величайшую угрозу для «социального мира» и для существования капитализма. Между тем идеологи «свободного предпринимательства», или неолибералы, указывают, что борьба за «полную занятость» отнюдь не является центральной задачей экономической политики, что «полная занятость» наряду с положительными имеет и отрицательные последствия.

Так, неолиберал JI. Роббинс, дав сводку отрицательных последствий «полной занятости», приходит к выводу: «Если это верно, что она («полная занятость».— И. Б.) приводит к инфляции, снижению приспособляемости (речь идет о том, что изменения цен не вызывают немедленного и соответствующего изменения спроса и предложения товаров и наоборот — изменение спроса и предложения товаров не вызывает немедленного и соответствующего изменения цен.—И. Б.), к нарушениям внешнего равновесия (т. е. нарушениям платежного баланса.— И. Б.) и к самому решительному ограничению индивидуальной свободы, то спрашивается: можно ли считать после всего этого желательной «полную занятость» в том смысле, как ее обычно рисуют?»29 Известный американский буржуазный экономист П. Сэмюэлсон в- статье под заглавием «Полная занятость в противоположность (versus) прогрессу и другим экономическим задачам» заявляет, что «полная занятость — важная задача, но это не единственная задача современного экономического общества» 30.

Он утверждает, что безработица поддерживает трудовую дисциплину, стимулирует производительность труда и является необходимым условием «гибкости экономической системы» и «стабилизации экономической активности», а также «облегчает военную мобилизацию, в то время как полная занятость может ее чрезвычайно затруднить».

В связи с начавшимся осенью 1957 г. экономическим кризисом в США, там начался сильный рост безработицы. Некоторые органы монополий откровенно писали, что рост безработицы имеет положительное значение для бизнеса. Так, американский журнал «Тайм» писал в самом конце 1957 г.: «Хотя никто не желает безработицы, некоторые хладнокровные экономисты-статистики могут найти в ней определенную ценность, ожидая выигрыша для США в результате роста производительности труда... Увеличивающаяся трудность найти работу заставит каждого работать несколько лучше. Более того, поскольку работу будет труднее найти, не будет роста заработной платы» Зб.

На первый взгляд получается впечатление коренного расхождения между двумя направлениями в постановке вопроса о «полной занятости».

В действительности акцентируются лишь различные моменты, связанные с проблемой безработицы. Последняя имеет две стороны. С одной стороны, безработица — необходимое условие действия капиталистического механизма. Армия безработных оказывает давление на заработную плату и составляет необходимый резерв для расширенного воспроизводства. Эту сторону безработицы всячески подчеркивают сторонники «свободного предпринимательства», хотя ее принимают и защитники «регулируемого капитализма», говоря о «нормальной», или «стандартной», безработице. С другой стороны, хроническая массовая безработица оказывает революционизирующее влияние на рабочих и тем самым представляет серьезную социальную опасность для капиталистического строя. На эту сторону обращают преимущественное внимание защитники «регулируемого капитализма», хотя ее полностью не игнорируют и сторонники «свободного предпринимательства». Последние не считают нужным выдвинуть на передний план борьбу с безработицей, поскольку они не считают столь значительной опасность для капитализма, сопряженную с безработицей.

Такие же разногласия между обоими направлениями имеются и по вопросу о кризисах. Оба направления выступают за необходимость антикризисных мероприятий — в современных условиях трудно найти экономиста, который отстаивал бы политику laissez faire в условиях наступления глубокого экономического кризиса. Однако имеется различие в трактовке антикризисных мероприятий. Сторонники «свободного предпринимательства» подходят к последним как к эпизодическим мероприятиям, которые должны быть пущены в ход в случае крайней необходимости. Между тем защитники «регулируемого капитализма» отстаивают систематическое осуществление антикризисной политики, связывая это с тем, что для современного капитализма кризисы и депрессии принимают весьма продолжительный и острый характер.

Разногласия между обоими направлениями в вопросе о кризисах весьма отчетливо выступают при оценке небольших кризк- сов. Сторонники «свободного предпринимательства» изощряются в том, чтобы представить в положительном свете последствия «умеренных» кризисов, или «спадов».

Весьма отчетливо эта позиция выражена в книге американского буржуазного профессора Альберта Харта «Деньги, долг и экономическая активность». Харт дает сводку приводимых в американской экономической литературе «положительных» оценок кризисов. В изображении .американских буржуазных экономистов кризисы перепроизводства: 1) выступают источником «всеобщего морального подъема» (?J), 2) являются фактором отбора наиболее эффективных процессов, лучше работающих фирм и руководителей предприятий, 3)

способствуют росту числа изобретений, 4) ломают монополистические объединения и свойственную монополиям негибкость цен (price rigidities), 5) подымают индустриальную дисциплину и производительность труда31. Сам Харт чувствует неудобство открытого восхваления кризисов перепроизводства, представляющих собой величайшее бедствие для населения капиталистических стран, и выступает с показной «критикой» приведенной выше «аргументации». Но общий его вывод но данному вопросу весьма недвусмысленно подчеркивает желательность сохранения «смягченных» кризисов. «Вероятно, нам не угрожает (!),— заверяет он,— полная ликвидация депрессий. В случае удачи и при хорошем руководстве мы окажемся способными добиться разумно мягких и коротких депрессий и в то же время использовать те реальные преимущества, которые они предоставляют» 32.

Еще более откровенно эту точку зрения выразил другой американский буржуазный профессор, Э. Шоу, заявивший, что идеалом экономики является не полная стабильность и не полное отсутствие стабильности, а нечто среднее между этими двумя крайностями33. Смысл этого высказывания также сводится к восхвалению «смягченных» кризисов.

Такого рода оценки широко распространены среди неолибералов. В отличие от последних сторонники теорий «регулируемого капитализма» подчеркивают, что малые кризисы могут перерасти в большие и что правительство должно быть всегда наготове для борьбы с последними.

С этими разногласиями между двумя направлениями тесно связан и разный подход к вопросу о государственном контроле над экономикой.

При рассмотрении этого вопроса следует учесть, что монополистический капитал идет на такого рода контроль неохотно, соглашаясь на эти меры в случае необходимости (в особенности во время глубоких экономических или военно-политических кризисов). Хотя крупнейшие монополии получают наибольшие выгоды от государственно-монополистического контроля, но и для них он связан с некоторыми неудобствами.

Степень согласия монополистического капитала на мероприятия по регулированию экономики непосредственно зависит от оценки опасности, угрожающей капиталистическому строю вообще и господству буржуазии данной страны в особенности. Чем больше эта опасность, тем на более жесткие формы государственного регулирования экономики соглашаются монополии. Неудивительно, что защита государственного регулирования экономики идет со стороны тех буржуазных экономистов, которые сильнее подчеркивают опасности, угрожающие капитализму. Напротив, экономисты, отрицающие эти противоречия или придающие им не столь большое значение, занимают критическую позицию но отношению к регулирующим мероприятиям.

Разногласия между указанными направлениями выступают в особенно отчетливой форме в вопросе о финансовой политике. Поскольку сторонники «регулируемого капитализма» выступают за систематическое осуществление антикризисной политики в крупных масштабах, сопряженной с большими правительственными расходами, они поддерживают политику бюджетного дефицита. А так как последняя обычно приводит к инфляционным процессам, то сторонники «регулируемого капитализма» нередко выступают в качестве защитников «умеренной инфляции». Возлагая на буржуазное государство новые экономические функции, защитники теории «регулируемого капитализма» подвергают пересмотру некоторые старые положения о так называемых здоровых финансах. Прежде, при ограниченном вмешательстве государства в экономику, чисто финансовые интересы играли первенствующую роль в соображениях буржуазных государственных деятелей. Обеспечение устойчивого денежного обращения трактовалось как первая заповедь науки о государственных финансах, а поддержание золотого стандарта и бюджетного равновесия — как вернейший способ реализации этой первой заповеди. Между тем постановка новых задач, выдвинутых защитниками «регулируемого капитализма», связана с усилением напряжения государственного бюджета. Она предполагает большой рост правительственных расходов в периоды, когда доходная часть государственного бюджета обнаруживает тенденцию к сокращению (например, во время кризиса). Сторонникам «регулируемого капитализма» приходится выбирать между осуществлением своих программ, предполагающих большой рост правительственных расходов, и требованиями бюджетного равновесия. Сторонники этих теорий, как правило, поступаются этим последним требованием.

В отличие от сторонников «регулируемого капитализма» защитники «свободного предпринимательства» проявляют большую приверженность к ортодоксальным положениям о «здоровых финансах». Для современной капиталистической экономики характерна одновременная угроза и экономических кризисов перепроизводства и разрушительной инфляции. Сторонники «регулируемого капитализма» делают большее ударение на первой опасности (хотя они не игнорируют угрозы разрушительной инфляции), а защитники «свободного предпринимательства»—на второй опасности (хотя они, конечно, учитывают и угрозу кризиса). Во всяком случае последние выступают за более умеренные программы правительственных расходов. Следует учесть, что их призыв к соблюдению строгой экономии в государственном бюджете заключает в себе немалую дозу демагогии, поскольку они активно поддерживают милитаризацию, являющуюся на современном этапе важнейшей причиной роста государственных расходов и развертывания инфляционных процессов.

Различная оценка опасности, угрожающей капитализму и господству буржуазии, обоими направлениями непосредственно отражается на их тактических приемах, на характере их пропагандистской деятельности.

Сторонники «регулируемой экономики», которые более серьезно оценивают эту опасность, проявляют большую гибкость и изощренность в деле обмана трудящихся и идеологического воздействия на них. Они нередко прикрываются маской защитников профессиональных союзов и сторонников социальных реформ, в частности они выступают за увеличение расходов на общественные работы, на борьбу с безработицей.

В отличие от сторонников «регулируемой экономики» защитники «свободного предпринимательства» выступают с наибольшей откровенностью. Многие из них открыто проповедуют снижение реальной заработной платы, пытаясь представить рост номинальной заработной платы в качестве первоисточника всех трудностей, переживаемых современным капитализмом. Неудивительно, что экономические теории «свободного предпринимательства» оказываются менее приспособленными для идеологического воздействия на массы, нежели теории «регулируемой экономики».

Влияние охарактеризованных выше двух основных направлений меняется и в зависимости от экономической конъюнктуры. Фаза промышленного подъема благоприятствует оживлению идей «свободного предпринимательства», в то время как в фазе кризиса и депрессии идеи «регулируемой экономики» получают особенно широкое распространение. Даже самые крайние защитники «регулируемой экономики» в периоды промышленного оживления несколько смягчают свои положения и выступают за предоставление большей свободы частному предпринимательству. С другой стороны, сторонники либерального направления в периоды таких глубоких социальных потрясений, как войны и экономические кризисы, соглашаются с необходимостью осуществления в больших масштабах государственного вмешательства в экономику. Но как в развитии капитализма, несмотря на временное ослабление в некоторые периоды экономической роли буржуазного государства, общая тенденция заключается в усилении государственно-монополистических форм, точно так же и в эволюции буржуазной политической экономии общая тенденция заключается в постепенном усилении концепций в духе «регулируемой экономики». Эта тенденция особенно сильно проявилась в Англии, затем, в несколько более слабой степени, в США, а в послевоенный период начинает заметно проявляться и во Франции.

Позиции сторонников «свободного предпринимательства» в США, Англии и Франции значительно ослабли. Американский экономист JI. Мизес, один из последних сторонников доктрины laissez faire, жалуется на то, что вебленисты34, марксисты и кейнсианцы захватили в свои руки кафедры и университетское преподавание. «Только люди, которые согласны с ними, назначаются преподавателями и пропагандистами социальных наук, и только учебники, поддерживающие их идеи, используются»35. Ссылка Мизеса на засилие марксистов в университетском преподавании США, конечно, вымышленаот начала до конца. Двери американских университетов, как и подавляющего большинства университетов в других капиталистических странах, наглухо закрыты для марксистов — преподавателей политической экономии. Мизес пустил слух о засилии марксистов для того, чтобы запугать буржуазию. Что же касается жалобы Мизеса на засилие вебленистов и кейнсианцев, то она имеет некоторые основания. Мизес ратует за то, чтобы допускать представителей старых теорий к университетскому преподаванию. Это свидетельствует о том, что эти представители чувствуют себя не совсем уютно в современных условиях. Американский буржуазный экономист Д. Саул объявляет, что «сейчас редко можно встретить приверженность к laissez faire в классическом духе, за исключением произведений членов экономического «подполья» (underworld) или среди политиков, либо экспертов, защищающих некоторые частные интересы против отдельных налогов или регулирующих мероприятий» 36. Другой американский экономист, С. Харрис, признает, что представители старых теорий, возлагающие все надежды на свободное предпринимательство, «все в большей степени занимают оборонительную позицию» 37. 4.

<< | >>
Источник: И. Г. БЛЮМИН. КРИТИКА БУРЖУАЗНОЙ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЭКОНОМИИ / КРИЗИС СОВРЕМЕННОЙ БУРЖУАЗНОЙ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЭКОНОМИИ. Том 3.. 1962

Еще по теме ИЗМЕНЕНИЕ СООТНОШЕНИЯ ВАЖНЕЙШИХ НАПРАВЛЕНИЙ В БУРЖУАЗНОЙ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЭКОНОМИИ:

  1. Общая характеристика буржуазной политической экономии в первой половине ХIХ века.
  2. в) Эволюция буржуазной политической экономии США после второй мировой войны
  3. ЛЕКЦИЯ №9 Возникновение альтернативной школы политической экономии. Немецкая национальная политическая экономия
  4. 19.1. «Боковые ветви» экономической мысли. Историческое направление и социальная школа в политической экономии
  5. "Боковые ветви " экономической мысли. Историческое направление и социальная школа в политической экономии
  6. "Боковые ветви " экономической мысли. Историческое направление и социальная школа в политической экономии
  7. Тема 5. Критическое направление политической экономии. Формирование социалистических идей.
  8. Глава 5. Критическое направление политической экономии. Формирование социалистических идей
  9. 52. Полезность как выражение сущности ценности в понимании представителей неоклассического направления и австрийской школы политической экономии
  10. Политическая мысль эпохи Возрождения и периода буржуазных революций
  11. Нельзя более ярко охарактеризовать критическое состоя­ние современной буржуазной экономии, чем это сделано са­мими ее представителями в последние годы.
  12. Критика буржуазных и мелко­буржуазных теорий кризисов
  13. Циклическое изменение соотношения заемных и собственных средств
  14. 2. Политическая экономия во Франции
- Информатика для экономистов - Антимонопольное право - Бухгалтерский учет и контроль - Бюджетна система України - Бюджетная система России - ВЭД РФ - Господарче право України - Государственное регулирование экономики в России - Державне регулювання економіки в Україні - ЗЕД України - Инновации - Институциональная экономика - История экономических учений - Коммерческая деятельность предприятия - Контроль и ревизия в России - Контроль і ревізія в Україні - Кризисная экономика - Лизинг - Логистика - Математические методы в экономике - Микроэкономика - Мировая экономика - Муніципальне та державне управління в Україні - Налоговое право - Организация производства - Основы экономики - Политическая экономия - Региональная и национальная экономика - Страховое дело - Теория управления экономическими системами - Управление инновациями - Философия экономики - Ценообразование - Экономика и управление народным хозяйством - Экономика отрасли - Экономика предприятия - Экономика природопользования - Экономика труда - Экономическая безопасность - Экономическая география - Экономическая демография - Экономическая статистика - Экономическая теория и история - Экономический анализ -