<<
>>

О ГРАНИЦАХ ЭКОНОМИЧЕСКОГО ВОЗДЕЙСТВИЯ БУРЖУАЗНОГО ГОСУДАРСТВА

Одним из важнейших приемов приукрашивания государственно-монополистического капитализма является приписывание буржуазному государству способности обеспечить пропорциональное развитие экономики.

В наиболее развернутом виде этот прием представлен в работах защитников так называемого планового капитализма. Эта теория была широко распространена в США в 30-х годах, в период осуществления «нового курса» Франклина Рузвельта. Она имела и имеет распространение и в других капиталистических странах. В ее пропаганде большое участие принимают правые социалисты.

Э. Жамс замечает, что «теперь некоторые представители кейнсианства готовы пойти дальше Кейнса (последний не был сторонником планирования.— И. Б.). Идея планирования не пугает больше ни Дж. Робинсон, ни Э. Хансена. Р. Хэррод предлагает создать экономическое управление, а Дж. Минд требует учреждения национального совета по инвестированию. И поскольку экономические колебания носят всемирный характер, постольку оправданными являются пожелания некоторых экономистов доверить контроль за обт>смом инвестиций различных стран международным органам.

Например, Джекоб Вайнер предложил в своем исследовании о Бреттон-Вудских соглашениях учредить международный фонд стабилизации труда, а профессор Бакман выдвинул пожелание доверить Европейскому платежному союзу контроль за инвестированием в странах Европы» 185.

Не все сторонники теорий «регулируемого капитализма» выступают с открытой защитой необходимости планирования капиталистической экономики. Многие из них выступают против создания специальных плановых органов и разработки годовых и перспективных планов развития народного хозяйства. Как бы ни было велико различие в конкретных программах различных сторонников теорий «регулируемого капитализма», все эти программы объединяет одна общая черта — признание того, что буржуазное государство может обеспечить пропорциональное развитие экономики.

Это признание является предпосылкой всех антикризисных программ, выдвигаемых буржуазными авторами. Оно лежит в основе многочисленных проектов «полной занятости». Оно составляет исходный пункт любого предложения государственного регулирования экономики. Оно прямо или открыто защищается любым сторонником теорий «регулируемого капитализма».

Положение о возможности обеспечения при помощи государственного вмешательства пропорционального развития экономики основано на совершенно неправильном представлении о границах экономического воздействия буржуазного государства. Последнее может оказать воздействие по ряду линий.

Оно может, во-первых, стимулировать (или задержать) развитие производительных сил в определенном направлении при помощи использования своих финансов и развертывания своей предпринимательской деятельности. Яркую иллюстрацию такого воздействия буржуазного государства дает железнодорожное строительство. Строительство железных дорог нуждалось в таких гигантских капиталах, которые часто не могли предоставить не только индивидуальные капиталисты, но даже большие акционерные компании. Без государственных средств строительство железных дорог во многих странах не могло бы осуществиться. Так, в России на государственные железнодорожные займы приходилось до половины капитала, вложенного в железные дороги. Кроме того, правительство гарантировало займы железнодорожных компаний. Правительство выкупало особо важные или обремененные долга ми железные дороги.

Во Франции государство также щедро субсидировало железнодорожные компании и гарантировало их доходы. Система гарантированных государством прибылей для железнодорожных компаний имела место и в Англии.

В США строительство и эксплуатация железных дорог осуществлялись частными компаниями. Но правительство (как в отдельных штатах, так н федеральное) оказывало им щедрую поддержку. В частности, оно предоставляло в распоряжение этих компаний большие земельные участки. Часто границы этих участков проходили на значительном расстоянии от железных дорог и железнодорожные магнаты сдавали их за высокую плату в аренду фермерам и горнозаводским компаниям.

Железнодорожные компании стали крупнейшими земельными собственниками страны.

В качестве другого примера воздействия буржуазного государства на развитие производительных сил можно указать на влияние милитаризации. Последняя стимулирует рост не только отраслей, производящих вооружение, боеприпасы, боевые самолеты и т. д., но и ряда отраслей, обслуживающих военное производство, например черной и цветной металлургии, машиностроения, химической промышленности и т. д.

Во-вторых, буржуазное государство оказывает значительное влияние на распределение национального дохода. Оно использует для этого многочисленные рычаги — налоговую, валютную, кредитную, таможенную политику. При помощи налогов оно аккумулирует крупные денежные средства, значительная часть которых идет на субсидирование отдельных корпораций, предоставление им льготного кредита и всяких других привилегий. Так происходит обогащение наиболее близких к правительству капиталистических групп за счет средств, изъятых у трудящихся, у мелкой, средней и немонополизированной крупной буржуазии. В таком же направлении действует таможенная политика, позволяющая искусственно повышать цены и прибыли для определенных групп капиталистов за счет ухудшения условий потребления. Мероприятия валютной политики (например, инфляционная политика) могут вызвать или усилить разорение одних групп населения и обогащение некоторой части капиталистов. В общем любое мероприятие экономической политики буржуазного государства оказывает свое влияпио на распределение национального дохода — к выгоде одних групп и к ущербу других.

В-третьих, буржуазное государство оказывает влияние не только на динамику производительных сил, но и на развитие рынка, как внутреннего, так и внешнего. В отношении внешнего рынка это воздействие совершенно очевидно. Правительства империалистических стран могут создать благоприятные условия для экспорта товаров и капитала путем навязывания кабальных условий займов зависимым и колониальным странам, заключения неравноправных договоров, втягивания этих стран в агрессивные блоки и навязывания им военных программ и т.

д. Но буржуазное правительство может влиять и на расширение внутреннего рынка. Это сказывается весьма заметно на более ранней стадии капитализма, когда осуществляемое с помощью государства железнодорожное строительство способствует разложению натурального хозяйства и распространению товарных отношений. Это сказывается и на империалистической стадии развития капитализма.

Дело в том, что в эпоху империализма существует в больших масштабах избыточный капитал. Избыток капитала проявляется, в частности, в хронической недогрузке производственных мощностей, в накоплении огромных денежных резервов у капиталистпче- гкігх предприятий, в усиленном стремлении монополистического капитала увеличить экспорт капитала, в огромных масштабах спекуляции на фондовой бирже и т. д. Этот не находящий производительного применения внутри страны относительно избыточный капитал аккумулируется в государственном бюджете при помощи налогов с прибылей и займов и пускается в оборот. Тем самым государственные расходы в той части, в какой они покрываются за счет использования избыточного капитала, ведут к искусственному расширению совокупного платежеспособного спроса, раздвигая таким образом границы рынка.

В применении к капиталистическому классу увеличение налогов отнюдь не означает сокращения потребления па такую же сумму. Потребление может не сократиться вообще или сократиться иа значительно меньшую сумму. Все это дает возможность известного расширения внутреннего рынка за счет правительственных расходов путем оживления и использования бездействовавших раньше капиталов.

При рассмотрении вопроса о влиянии правительственных расходов на внутренний рынок необходимо учитывать, что большая часть этих расходов (например, военные расходы) дает толчок для расширения весьма капиталоемких производств. Расширение военного производства обычно связано с ростом таких капиталоемких отраслей, как черная и цветная металлургия (в частности, выплавка качественных металлов), химическая индустрия, станкостроение и т.

д. Развитие военного производства предполагает создание новых производственных мощностей. В течение известного периода времени военные отрасли не дают продукции или дают очень мало и в то же время предъявляют огромный спрос на строительные материалы, оборудование и т. д. В результате правительственных расходов, связанных, например, с милитаризацией экономики, происходит такое изменение структуры общественного производства, которое вызывает не только изменение в структуре совокупного платежеспособного спроса, но и общее возрастание его величины.

Буржуазное государство может оказывать многообразное воздействие на капиталистическую экономику, в частности оно влияет и на условия, складывающиеся на рынке рабочей силы. Так, установление свободы коалиций, легализация коллективных договоров, введение закона о минимуме заработной платы создают более благоприятные условия для продавцов рабочей силы. Напротив, различные антирабочие законы (например, запрещение стачечной борьбы) ухудшают условия продажи рабочей силы.

Но, как ни значительны и многообразны формы экономического воздействия буржуазного государства, существуют все же определенные границы для этого воздействия.

Во-первых, буржуазное государство не может определить общий объем совокупного общественного производства и объем производства отдельных отраслей, за исключением тех, которые находятся в собственности государства или целиком работают на государственную казну (например, военных отраслей). Несмотря на несомненную тенденцию к усилению экономической роли буржуазного государства, последнее не держит в своих руках командные экономические высоты. И в современных условиях подавляющая часть всех капиталов и всей рабочей силы приходится на долю частных предприятий и уже по одноіі этой причине буржуазное государство пе может руководить народным хозяйством. Оно не в состоянии устранить анархии производства, вытекающей из основного противоречия капиталистического способа производства.

Частная собственность на средства производства предполагает свободу капиталиста распоряжаться принадлежащими ему капиталами по своему усмотрению.

Как бы ни вмешивалось буржуазное государство в деятельность капиталистических предприятий, оно не может устранить того, что в коренных вопросах — определение масштабов производства, выбор технических методов, прием и увольнение рабочей силы и т. д.—капиталистическое предприятие или объединение предприятий полностью самостоятельно и не зависит от буржуазного государства. Маркс иронически писал про фабричный кодекс, что в нем «капитал в частноправовом порядке и самовластно, без разделения властей, вообще столь дорогого буржуазии, н без представительной системы, еще более дорогой для нее, формулирует свое самодержавие над рабочими...» 186

Регулирование буржуазным государством отдельных сторон хозяйственной жизни осуществляется в таких формах, при которых оно не задевает и не может задевать суверенных прав крупнейших капиталистических предприятий. Проводя эти регулирующие мероприятия, буржуазное государство не только не может поставить монополии под свой контроль, а, наоборот, само находится под их контролем. Регулирование экономики в этих условиях сводится к осуществлению мероприятий, в которых заинтересован монополистический капитал. Руководитель управления военным производством США во время второй мировой войны Дональд Нельсон откровенно показал, чем был на деле государственный контроль над производством в военные годы: «Да,— говорил он,— мы использовали контроль, причем все его формы, в том числе контроль над снабжением материалами..., но это было не больше, чем помощь государства промышленности в получении всего необходимого для выполнения заказов. Промышленность говорила нам, что и когда ей требуется. Наша же деятельность состояла в установлении правил, при помощи которых можно было вести игру так, как того хотела промышленность... Мы никогда не принимали решений за промышленников» 187.

Многие буржуазные экономисты откровенно признают, что государственное регулирование экономики преследует своей конечной целью укрепление частных предприятий (имеются в виду в первую очередь монополии). Так, например, С. Слихтер категорически заявляет по поводу государственного регулирования экономики, что «этот процесс ограничения сферы свободы, вероятно* усилил институты частного предприятия потому, что он приостановил многие злоупотребления и позволил промышленности достигать результатов, более удовлетворительных с точки зрения общества» 188. Д. Аллен, анализируя государственное регулирование в Англии, приходит к следующему выводу: «Я хочу подчеркнуть,— пишет он,— что в то время как экономическое мнение в предвоенные дни было благоприятно в отношении более активного вмешательства государства в экономические дела, такая система не была несовместима с сохранением системы частных предприятий; оно считалось необходимым для усовершенствования работы этой системы» 189.

Как откровенно указывает американский буржуазный экономист У. Ростоу, «основная задача планирования состоит в том, чтобы оставить максимальное поле для экономической жизни, имеющей своим базисом индивидуалистические решения в соответствии с институтом частной собственности» 190.

Такая же точка зрения выражена в известном «Акте о занятости», принятом конгрессом США в 1946 г. В акте подчеркивается, что правительственные планы должны осуществляться так, чтобы они соответствовали интересам частных предприятий. Этот акт возлагает на федеральное правительство США обязанность «координировать и использовать все свои планы, функции и ресурсы в целях... усиления и поощрения свободного конкурирующего предпринимательства и всеобщего благосостояния, в целях создания н поддержания условий, при которых имелась бы возможность предоставлять занятость... для всех тех, кто способен, желает и ищет работу, в целях обеспечения максимума занятости, производства и покупательной способности» 191. Создание наиболее благоприятных условий для частных предприятий в этом акте объявляется абсолютно необходимым и неотъемлемым условием любых мероприятий, проводимых государством 192.

Буржуазные деятели сталкиваются с проблемой, которая по своей трудности не уступает проблеме квадратуры круга,— как примирить независимость частных предприятий, неизбежно ведущую к анархии производства с общественным руководством народным хозяйством, возможным только при устранении анархии производства. Известный американский экономист JI. Кэйзерлинг, бывший при Трумэне руководителем экономических советников при президенте США, объявляет эту неразрешимую задачу центральным вопросом нашего времени. Он формулирует этот вопрос следующим образом: «Как сделать так, чтобы наша система частного предпринимательства осталась достаточно свободной, сохранив свои динамические качества, и вместе с тем не была настолько неограниченной, чтобы вызывать традиционные опустошения экономического цикла? Какой вклад может сделать правительство в отношении стабильности и надежности (securily), не жертвуя чрезмерно индивидуальной и местной инициативой? Если правительство и бизнес смогут объединить соответственные и взаимные усилия таким способом, который приведет к максимуму эффективность каждого из них путем удовлетворительного разрешения этих вопросов, то мы избежим крайностей абсолютистской свободы и мертвечины (deadliness) абсолютистской надежности» 193.

Надежды Кэйзерлинга и других буржуазных экономистов найти рациональное решение этой проблемы представляют собой реакционную утопию, которая отнюдь не блещет оригинальностью. К Кэйзерлингу и другим буржуазным авторам целиком применима та характеристика, которую Маркс давал в письме к Анненкову по поводу тогдашних буржуазных и мелкобуржуазных реформистов: «Все они хотят конкуренции без печальных последствий конкуренции. Все они хотят невозможного, т. е. условий буржуазной жизни без необходимых последствий этих условий» 194.

Во-вторых, буржуазное государство не может устранить противоречий, заложенных в капиталистическом производстве. Оно не может устранить противоречий между отдельными группами капиталистов, например между предприятиями, производящими сырье н полуфабрикаты, и предприятиями, выпускающими готовые товары. В тех случаях, когда монополии охватывают на своих предприятиях все стадии переработки сырья и превращения его в конечный продукт, на передний план выступает борьба между монополистическими организациями. Эта борьба охватывает столкновение организаций, господствующих как в одной, так и в разных отраслях. В этих условиях регулирующие мероприятия, складывающиеся под давлением наиболее сильных монополистических группировок, не могут устранить диспропорций между отдельными отраслями капиталистического производства.

Рост производства на государственных предприятиях усиливает противоречия капиталистической экономики, вызывает специфиче- скис противоречия между государственными и частнокапиталистическими предприятиями.

Так, в США частные электромонополии старых промышленных районов, и в особенности Новой Англии, выступают против строительства государственных электростанций. Последние строятся преимущественно в районах Запада и Юго-Запада. Частные электромонополии требуют если не ликвидации государственных электростанций и передачи их в частную собственность, то по крайней мере того, чтобы государственные электростанции продавали по дешевой цене электроэнергию только частным электромонополиям, которые в свою очередь перепродавали бы эту энергию по высоким ценам всем потребителям.

Некоторые монополии, как, например, «Анаконда коппер май- пипг компанії», выступали против строительства государственных электростанций по другим соображениям. Этой монополии принадлежат медные рудники в штате Монтана, известные самой низкой заработной платой иа подземных работах. «Анаконда,— пишет Гантер,— по хочет иметь конкурентов на рынке труда; она хоче г иметь пул дешевого труда только для себя, во главе с собой, как единственным нанимателем рабочих. Она выступает против строительства гидроэлектростанций частично из боязни, что такие компании, как «Алкоа», придут сюда с алюминиевыми заводами» 195.

Противоречия между государственными и частными монополиями особенно усиливаются в периоды назревания и развертывания экономических кризисов перепроизводства — именно тогда, когда буржуазные деятели особенно настойчиво требуют увеличения государственных инвестиций в качестве фактора, противодействующего развитию кризиса. Кризисное состояние экономики крайне ограничивает выбор отраслей, в которые могут быть направлены государственные инвестиции. Ясно, что капиталовложения в те отрасли, где орудует частный капитал, способствовали бы обострению там конкуренции. Рост государственных и муниципальных инвестиций в этом случае неизбежно привел бы к росту товарной продукции, к росту общественного предложения. Для перепроизводства товаров в конечном счете безразлично, получается ли оно за счет частных или государственных предприятий. Поэтому лечить перепроизводство в частных предприятиях путем расширения государственных инвестиций в тех же отраслях так же бессмысленно, как лечить болезнь путем усиления тех причин, которые ее вызывают.

Современное буржуазное государство осуществляет инвестиции в те отрасли, куда неохотно идет частный капитал (в связи с низкой рентабельностью или длительным оборотом основного капитала). Вполне естественно, что круг таких отраслей весьма огра- шічен, ибо монополистический капитал подчиняет себе подавляющую часть общественного производства. Во всяком случае возможности государственных инвестиций в материальном производстве и в торговле очень ограничены (за исключением, конечно, тех случаев, когда проведена национализация некоторых отраслей).

Государственные инвестиции в капиталистических странах преимущественно направляются в непроизводительные отрасли и особенно охотно в военную сферу, т. с. в отрасли, где не создается новая стоимость. Поддержание таких отраслей становится возможным только за счет перераспределения национального дохода, созданного в сфере материального производства. Государственные расходы при капитализме в своей подавляющей части имеют непроизводительный характер. В связи с этим рост государственных расходов сопровождается специфическими социально-экономическими противоречиями.

Увеличение государственного бюджета ведет прежде всего к усилению налогового пресса. Яркую иллюстрацию этих процессов дает современная действительность почти во всех капиталистических странах, особенно в США. Налоги в США достигли колоссальных размеров. Так, в 1956 г. налоги на заработную плату и жалование составили 25 719 млн., косвенные налоги — 10 279 млн., налоги на корпорации — 22 743 млн. долл. 196 По данным, собранным Налоговым фондом в США, в 1954 г. налоги составляли почти 7з доходов семей с низкими доходами 197.

Но этот источник финансирования государственных расходов имеет ограниченные пределы. Нельзя бесконечно увеличивать налоги. Они сокращают покупательную способность населения и при известном уровне могут затруднить воспроизводство рабочей силы, не говоря уже о том, что рост налогов может вызвать усиление недовольства масс.

Ограниченные пределы имеет и другой ИСТОЧНИК финансирования государственных расходов — государственные займы. Вопрос об ограниченности этого источника приобретает особое значение в современных условиях в связи с наличием гигантского государственного долга в важнейших капиталистических странах, образовавшегося после второй мировой войны. Государственный долг тяжелой гирей висит на экономике этих стран. Правительствам этих стран приходится выплачивать громадные суммы в виде процентов по государственному долгу. В связи с повышением нормы процента, имевшим место за последние годы, правительству США, например, приходится выплачивать в виде процентов по государственному долгу громадную сумму — почти 9 млрд. долл.

Инфляция остается последним резервом буржуазного правительства в случае увеличения государственных расходов. Не приходится распространяться о том, насколько шаткой является эта основа. Между тем раздувание государственных расходов неизбежно' ведет к этому конечному результату.

Таким образом, в силу того, что буржуазное государство имеет возможность осуществлять свои инвестиции в основном в непроизводственной сфере, оно вынуждено покрывать свои расходы за счет извлечения все возрастающей доли национального дохода. Рост государственных расходов в условиях капитализма связан, как правило, с расширением непроизводительного потребления и в конечном счете ведет к расшатыванию экономики и к ослаблению источников дальнейшего финансирования государственных расходов. Все это обусловливает ограниченные возможности воздействия буржуазного государства на экономику.

В-третьих, буржуазное государство не в состоянии обеспечить соответствия в движении общественного производства и общественного потребления. Ото неразрывно связано с тем, что буржуазное государство не может устранить противоречия между стремлением капиталистического производства к безграничному расширению и ограниченным ростом потребления масс. Погоня капиталистов за монопольно высокой прибылью толкает их, с одной стороны, к расширению производства, а с другой — к урезыванию заработной платы, т. е. тем самым к сокращению потребления рабочих. Любое регулирующее мероприятие буржуазного государства упирается в эту гра і г иду, поскольку капиталисты всегда стараются перенести издержки этих мероприятий па трудящихся, т. е. тем самым сократить или во всяком случае ограничить рост потребления трудящихся.

Выше мы показали, что буржуазное государство может в известной мере расширить емкость внутреннего рынка за счет использования бездействующих капиталов. Но всякие мероприятия в этом направлении неизбежно наталкиваются иа сопротивление капиталистических кругов, которые встречают в штыки всякое увеличение налогов с прибыли. Бюджетные расходы за счет налогов на прибыли могут способствовать искусственному оживлению производства до тех пор, пока эти налоги не отражаются на деятельности капиталистических предприятий. Дальнейший рост таких налогов может привести к банкротству мелких и средних предприятий, на долю которых перепадает лишь незначительная часть казенных заказов и государственных субсидий. Это в свою очередь привело бы к возрастанию массовой безработицы, сокращению платежеспособного спроса и к кризису перепроизводства.

Займы, как средство искусственного расширения общественного спроса, также имеют временный характер, так как в конечном счете они увеличивают текущий спрос за счет сокращения будущего спроса.

Ограниченные возможности искусственного расширения совокупного спроса за счет государственных расходов обусловлены прежде всего тем, что такое расширение происходит лишь в топ мере, в какой оно покрывается за счет изъятия в форме налогов свободных, бездействующих средств капиталистов. Но капиталисты крайне неохотно идут на такие меры. Они всячески стремятся ограничить налогообложение прибылей. Отражая интересы капиталистов, буржуазные экономисты всячески подчеркивают, что усиленное налогообложение предприятий может ослабить стимулы к инвестициям и привести к сокращению капиталовложений. Буржуазное государство, подчиняясь требованиям капиталистов, старается перенести тяжесть налогового обложения на трудящихся. Тем самым оно идет по такому пути покрытия своих расходов, который не может обеспечить расширения совокупного спроса.

Это противоречие между задачей искусственного расширения совокупного спроса и методами ее осуществления совсем не случайное. Оно отражает коренные черты государственного регулирования экономики в капиталистических условиях. Это регулирование осуществляется в интересах обогащения капиталистических монополий. Обязательным условием этого регулирования является сохранение и поддержание монопольно высоких прибылей. Это условие в свою очередь связано с требованием снижения реальной заработной платы или во всяком случае недопущения ее повышения, что не может не отразиться на потребительском спросе основных масс населения. Государственное регулирование экономики в капиталистических условиях осуществляется в таких формах, которые имеют своим непосредственным результатом усиление эксплуатации трудящихся и снижение их жизненного уровня, а следовательно, и обострение противоречий воспроизводства общественного капитала, порождающих экономические кризисы перепроизводства.

Буржуазное государство, осуществляя свои мероприятия в интересах монополий, не только не устраняет противоречия между тенденцией капиталистического производства к безграничному ро сту и ограниченным ростом платежеспособного спроса трудящихся масс, но приводит к дальнейшему обострению этого противоречия. Регулирующие мероприятия буржуазного государства, как правило, направлены против рабочих. Эти мероприятия в своей значительной части сводятся к перераспределению средств, извлекаемых государством от налогоплательщиков, т. е. в первую очередь от широких масс населения, в пользу капиталистических монополий через выгодные заказы, субсидии, дешевый кредит и т. д. Реализация таких мероприятий ведет в конечном счете к углублению антагонистических противоречий капитализма и к воспроизводству в расширенных масштабах причин и условий, порождающих эко номические кризисы.

Эта классовая направленность государственного регулирования экономики в капиталистических условиях непосредственно отражается на распределении инвестиций, которые лишь в очень незначительной степени направляются во второе подразделение. В результате обязательная для капитализма диспропроция между первым и вторым подразделениями осуществляется в еще больших масштабах, нежели это имело бы место при чисто стихийном развитии экономики, без всяких элементов государственного регулирования.

Об отставании производства предметов потребления свидетельствуют следующие данные. Текстильная и кожевенная промышленность США произвели в 1956—1957 гг. только на 4% больше, чем в 1947—1949 гг. Продукция этих отраслей за послевоенный период возросла в 14,7 раза меньше, чем производство предметов длительного пользования, и в 27 раз меньше, чем продукция электромашиностроения. Продукция пищевой промышленности увеличилась за тот же период также крайне незначительно — только на 13%, т. е. в 4,4 раза меньше, чем производство предметов длительного пользования, и в 8 раз меньше, чем электромашиностроение 40. Еще меньше увеличилось производство одежды. Основная часть небольшого прироста указанных отраслей, по сравнению с довоенным уровнем, произошла в США в годы войны, когда скачкообразно выросли занятость и военное потребление. Дальнейший и более значительный рост производства предметов потребления оказался невозможным вследствие низкого уровня покупательной способности масс.

Это свидетельствует о том, что платежеспособный спрос широких масс трудящихся в современных условиях растет слабыми темпами даже в фазе промышленного подъема. Это создает предпосылки для взрыва глубокого экономического кризиса.

Своеобразие положения заключается в том, что возможности воздействия буржуазного государства на экономику сокращаются во время кризиса. Это прежде всего связано с тем, что во время кризиса сужается финансовая база правительства, поскольку уменьшение доходов населения и предприятий ведет к снижению бюджетных доходов правительств капиталистических стран. Опыт всех кризисов, в том числе и кризиса 1929—1933 гг., показывает, что реализованный доход сокращается не только в сфере материального производства, но и в непроизводственной сфере, хотя с некоторым запозданием во времени.

В то же время преодоление всякого рода экономических трудностей, например диспропорций, в фазе подъема происходит несравненно легче и скорее, нежели во время кризиса. В фазе подъема государственные расходы оказывают значительно более силъ ное стимулирующее воздействие на производство, нежели во время кризиса, когда сирое правительственных учреждений может быть покрыт в значительной мере за счет выросших товарных запасов, неиспользованных производственных мощностей, когда заработная плата и потребление рабочих снижаются, и т. д.

Во время кризиса, как мы показали выше, усиливается противоречие между частными и государственными предприятиями. 3.

<< | >>
Источник: И. Г. БЛЮМИН. КРИТИКА БУРЖУАЗНОЙ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЭКОНОМИИ / КРИЗИС СОВРЕМЕННОЙ БУРЖУАЗНОЙ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЭКОНОМИИ. Том 3.. 1962

Еще по теме О ГРАНИЦАХ ЭКОНОМИЧЕСКОГО ВОЗДЕЙСТВИЯ БУРЖУАЗНОГО ГОСУДАРСТВА:

  1. 2. Воздействие государства на экономические циклы и кризисы
  2. Основные направления регулирующего воздействия государства в сфере элиминирования теневых экономических отношений
  3. В рамках третьего раздела рассматриваются вопросы воздействия государства на экономическое развитие путем управления ограниченными производственными ресурсами, которые находятся в его распоряжении
  4. Критика буржуазных и мелко­буржуазных теорий кризисов
  5. 1. Границы государственного регулирования. Модели взаимоотношений экономики и государства
  6. 4.7. Воздействие государства на механизм ценообразования
  7. В.13. Воздействие государства на процессы международного движения капитала
  8. Предмет экономической теории. Задачи экономической теории. Экономические блага, их классификация. Граница производственных возможностей.
  9. Экономические границы кредита
  10. 50.  Экономические границы кредита на макро- и микроуровнях.
  11. 3.Экономическая эффективность и граница производственных возможностей.
  12. 14. Производственные возможности экономики, их граница. Издержки экономического выбора.
  13. Экономические ограничения. Граница производственных возможностей
- Информатика для экономистов - Антимонопольное право - Бухгалтерский учет и контроль - Бюджетна система України - Бюджетная система России - ВЭД РФ - Господарче право України - Государственное регулирование экономики в России - Державне регулювання економіки в Україні - ЗЕД України - Инновации - Институциональная экономика - История экономических учений - Коммерческая деятельность предприятия - Контроль и ревизия в России - Контроль і ревізія в Україні - Кризисная экономика - Лизинг - Логистика - Математические методы в экономике - Микроэкономика - Мировая экономика - Муніципальне та державне управління в Україні - Налоговое право - Организация производства - Основы экономики - Политическая экономия - Региональная и национальная экономика - Страховое дело - Теория управления экономическими системами - Управление инновациями - Философия экономики - Ценообразование - Экономика и управление народным хозяйством - Экономика отрасли - Экономика предприятия - Экономика природопользования - Экономика труда - Экономическая безопасность - Экономическая география - Экономическая демография - Экономическая статистика - Экономическая теория и история - Экономический анализ -