<<
>>

1 «Коммуникация» как формат постиндустриальной культуры общения между людьми

Одно из определений коммуникации это «акт общения, связи между двумя или более индивидами, основанный на взаимопонимании». Такое определение дает Словарь иностранных слов (Изд. 7-е. М., 1979). Найти подобное определение в современных словарях, изданных в последние 20-25 лет, - дело достаточно затруднительное.

С некоторых пор понятие «коммуникации» претерпело определенное искажение смысла. Это искажение связано с причинами бурного развития технологий в эпоху цифровой цивилизации и появлением принципиально новых форматов общения между людьми, социальными группами, организациями и странами.

Начало этим новым форматам положило, как говорит о том американский исследователь коммуникации Дж.Кэри, изобретение телеграфа (Carey 1992:15), который достаточно быстро стал беспроводным, благодаря открытию радиоволн. Соответственно, одним из важных признаков новизны этих форматов является их опосредованность - т.е., непрямой контакт между людьми, использование тех или иных технических средств связи (телеграф, радио, телефон, компьютер, мобильный телефон).

Вторым важным признаком общения в новых форматах являются принципиальные временные изменения в процессах контакта. Речь идет как о появлении более быстрых способов достижения контакта с противоположной стороной, так и о сокращении времени на собственно взаимодействие.

Эти два атрибута коммуникации можно назвать основными, определившими изменение всей культуры общения человечества в XX-м веке.

Сегодня «Коммуникация» выделилась в самостоятельный объект социальных наук,
и приобрела особое значение в связи с развитием «большого» (мультинационального) бизнеса, интернационализацией мирового хозяйства и другими сторонами процесса глобализации. Переход на цифровые технологии в XXI-м веке еще более повлиял на опосредованный и временной характер коммуникаций. С одной стороны, цифровая опосредованность все больше стремится к имитации «живого» общения, предоставляя как возможность дистанционного визуального контакта для широкого круга рядовых пользователей, так и мгновенного контакта через различный программный софт.

С другой стороны, эти технологии, представляя собой «заместительные» форматы, продуцируют симуляцию общения: при внешней коммуникативной активности через телефон, компьютер и социальные сети, а также при видимом широчайшем круге контактов, человек (которого все чаще называют «пользователь») в физической реальности остается в одиночестве. Это новая стадия, на которую перешла культура общения человечества.

Сегодня доминирующим является толкование коммуникации как процесса информационной трансмиссии: «как бы далеко ни уходили люди в своем развитии, основные составляющие процесса коммуникации остаются неизменными: отправитель информации, ее получатель и сама информация» (Персикова 2008, электронный ресурс).

Теория трансмиссии (т.е. приема-передачи информации) не ограничивается узко техническим аспектом, она также распространяет свое влияние в гуманитарных науках. Наиболее очевидно это проявляется в относящихся к сфере «коммуникаций» популярных профессиях, таких как журналистика, паблик рилейшнз и реклама. Выбор одной из этих специальностей молодыми людьми во многом обусловлен их представлением о значительном влиянии такой профессиональной деятельности на жизнь социума и, отдельно, - о важной публичной роли их представителей.

Но в чем именно заключается это влияние и как оно достигается?

Университетский преподаватель и автор монографии «О философии коммуникаций» Гэри П. Рэдфорд (США) на нескольких поколениях студентов сумел
неоднократно подтвердить свое наблюдение их отношения к роли «коммуникации» в обществе. Он зафиксировал, что у студентов «главная забота - как можно успешно эксплуатировать их /коммуникации - Ю.С. ... это не философский вопрос для осмысления, но прикладной инструмент» (Radford 2005:77) в профессиональных и личных интересах. Студенты полагают, что обладание «хорошими коммуникационными навыками» дает им профессиональное преимущество. Хорошие коммуникационные навыки помогают быть более успешными в карьере и личной жизни. Хорошие коммуникационные навыки необходимы на высоких должностных позициях, где менеджмент сотрудников имеет приоритетное значение. В первую очередь, высокую оценку получал прагматический аспект коммуникации, а именно - способность внедрить свою идею в голову того получателя, в ком мы заинтересованы, или способность побудить людей к тому поведению, какое мы хотим от них получить. Подобные ожидания полностью соответствуют сегодняшнему представлению о роли человеческой коммуникации в технологически развитой стране - будь то Соединенные Штаты или Россия.

Такое толкование коммуникации фиксируется в научных изданиях массового использования, в частности, словарях. Так, в последние годы в России имеет место тенденция к широкому выпуску специализированных словарей, составителями которых выступают отдельные исследователи, либо авторский коллектив. Подобные словари, используемые в весьма разнообразных профессиональных сферах (Кемеров В. Философская энциклопедия. - Панпринт, 1998; Кашапов М. Теория и практика решения конфликтных ситуаций. Краткий словарь, 2003; Большой психологический словарь. Сост. Мещеряков Б., Зинченко В. Олма-пресс. 2004; Сергеева Т.Б. Словарь-справочник по философии для студентов лечебного, педиатрического и стоматологического факультетов. - Ставрополь, изд-во СтГМА, - 2009, и пр.), подчас заимствуя статьи из англоязычных словарей, определяют «коммуникацию» как производное от «лат. Communicatio - сообщение, передача». «Передача информации от одной системы к
другой посредством специальных материальных носителей, сигналов»[6]. Нередко, минуя латынь, эти источники сразу дают англоязычный вариант «communication» в его современном, наиболее распространенном толковании информационной трансмиссии, не затрудняясь проверкой исторического происхождения слова. Соответственно, описательная терминология к статье «Коммуникации» в российских словарях последних лет выпуска включает такие определения как «циркуляция значений», «распространение и циркуляция информации в обществе», «передача сообщений от одной стороны к другой», либо даже «технический процесс обмена информацией (Выделено нами. - Ю.С.) между двумя и более индивидами (либо группами)». Важно отметить, что такую терминологию используют не только специальные технические словари, но, например, социологические - т.е., построенные на базе гуманитарной науки.

В лучшем случае, определение «коммуникации» выглядит как «передача того или иного содержания от одного сознания (индивидуального или коллективного) к другому посредством знаков»[7]. Люди, осуществляющие коммуникацию, описываются как источник информации или мысли - и получатель, как кодификатор и декодификатор, т.е., с точки зрения технического функционирования.

В контексте такой словарной ситуации невозможно избежать рассуждения о происхождении и двух основных смыслах слова коммуникация.

Термин «коммуникация» вошел в общий дискурс английского языка в XIX веке и появился в англоязычных словарях относительно давно - еще в 20-е годы XX века. В английском языке слово communication, в переводе с латинского, представляет, с одной стороны, «трансмиссию» (transmit), что есть односторонний процесс; с другой стороны «разделение» (share), общий или взаимный процесс. Communication изначально соотносится с commune - что значит, «делать общим» или «разделять». Есть также и
родственное ему communion, соотносящееся со «взаимным участием и содружеством» или переводом «разделять или иметь общее с другими» (Изложено по: Williams 1983). Такое толкование есть «ритуальное видение» коммуникаций, которое гораздо старше относительно недавно выработанного значения «трансмиссия».

Дж.Кэри (James W.Carey) в 1992 году описал две базовые модели коммуникаций, которые выглядят следующим образом:

Трансмиссионная модель Ритуальная модель
Базовая метафора: Транспортировка Церемония
Роли участников: Отправитель и Получатель Участники
Роль смысла: Отправлен и Получен Создан и Пересоздан
Критерий успеха: К Получателю "это дошло" (точность трансмиссии) Разделенный опыт

(чувство общности)

Базовая функция: Влияние в пространстве Общность во времени

Оригинальная англоязычная таблица хорошо передает значимые для нашего

обсуждения морфологические нюансы англоязычных корней (share, commune):

Transmission Model Ritual Model
Basic Metaphor: Transportation Ceremony
Participant Roles: Sender & Receiver Participants
Role of Meaning: Sent & Received Created & Recreated

Criterion of Success: Receiver "gets it" Shared experience

(accuracy of transmission) (sense of community)

Basic Function: Influence across space Community across time

В ритуальном понимании коммуникация связана с «разделением», «объединением», «близостью» и «со-участием» куда сильнее, чем с «трансмиссией»/«передачей». Однако эти значения сегодня во многих англоязычных
словарях имеют помету «архаичный».

Как произошла та подмена смысла, которая имеет место в настоящем?

С одной стороны, осмысление коммуникации имеет глубокую философскую проработку. Развивалось как минимум три направления (изложено по: Назарчук 2009):

- англо-американское, направленное на лингвистический анализ и на «прояснение языкового опыта» (Л.Витгенштейн);

- французское, не ограничивающееся языковой коммуникацией, но включающее различные социальные проблемы коммуникации современного общества, такие как осмысление идеологии и власти, критика капитализма, и осмысление дискурса;

- «философия диалога» (М.Бубер, Э.Левинас, М.Бахтин, Ф.Розенцвейг, Ф.Эбнер, О.Розеншток-Хюси, М.Библер и др.).

С другой стороны, «коммуникация» как наиболее актуальный социальный процесс в XX и XXI веках, сформировала базу для обслуживания интересов индустриального и постиндустриального общества.

Кэри поясняет, почему трансмиссионное видение коммуникаций стало наиболее распространенным в индустриальной культуре: «В девятнадцатом веке /.../ перемещение товаров или людей, и перемещение информации виделись как по существу идентичные процессы, и оба описывались общим существительным «коммуникация». Центр этой идеи коммуникации - передача сигналов или сообщений на расстояния с целью контроля. Такое видение коммуникации берет свои происхождение в древнейшей мечте человечества: желании увеличить скорость и эффект сообщений, когда они путешествуют в пространстве. Со времен Верхнего и Нижнего Египта, объединенных под рукой Первой Династии, и вплоть до изобретения телеграфа, транспортировка и коммуникация были неразрывно связаны. Хотя сообщения могли производиться централизованно и контролироваться путем монополизации письма или благодаря быстроте печатного производства, все же эти сообщения, переданные в руки посланнику или зашитые под обложку книги, еще
должны были быть распространены, чтобы произвести желаемый эффект, с максимальной скоростью. Телеграф положил конец этой идентичности, но не разрушил метафору» (Carey 1992:15).

С конца XIX века физические способы доставки информации начали постепенно заменятся техническими, которые все более прогрессировали. Первая, зафиксированная в графическом и описательном виде, модель «коммуникаций» в их современном значении была выработана в 1949 году Клодом Шенноном (которого также называют «отцом теории информации») и Уорреном Вивером[8]. Задачей исследователей было отразить функционирование радио и телефонных технологий. Именно эта модель описывала три базовые части коммуникаций: отправитель, канал и получатель. Мы можем говорить о том, что профиль заказчика этой разработки усугубил технологическую, трансмиссионную доминанту в описании современных коммуникаций, и дальнейшее развитие технического прогресса повлекло доминирование такого толкования понятия «коммуникации».

Первая кафедра коммуникации была открыта также в США в 50-е годы, и в начале своей деятельности должна была неизбежно испытать влияние только что описанной в респектабельной исследовательской лаборатории разработки.

В русскоязычные словари термин «коммуникация» впервые попал в 60-е годы. В конце 60-х и начале 70-х годов в России стало широко употребляться заимствованное из английского языка выражение «коммуникабельный» («некоммуникабельный»). Оно использовалось для описания способностей человека к взаимодействию с окружающими и построению адекватных отношений межчеловеческого понимания. В дальнейшем однокоренные с «коммуникацией» слова вошли в своем обновленном значении в оборот русского языка уже в конце 80-х, репрезентируя получившую
высокое социальное значение теорию коммуникаций с ее современной идеей трансмиссии.

Таково же положение с заимствованием слова «коммуникация» другими языками мира - оно переходит в них как калька, вместе со своим доминирующим трансмиссионным смыслом. Не является исключением и японский язык, где теперь существует написанное принятой для иностранных слов азбукой катаканой — —

(комюникэ:сён). Следует подчеркнуть, что особым социо-лингвистическим явлением в Японии стало использование англоязычных терминов там, где отсутствует описываемый этим термином «домашний» феномен. Комюникэ:сён для японцев являются именно такой несуществующей внутри национальной культуры практикой, потребность в номинации которой возникла в период общения с западными (в первую очередь, американскими) партнерами.

Безусловно, на заре возникновения коммуникационных технологий существовала необходимость выработать для них четкую терминологическую базу, но описываемый технологический аспект постепенно узурпировал все права на термин «коммуникации» и заслонил изначальный смысл этого понятия.

Необходимо отметить, что даже большинство находящихся в общем употреблении англоязычных словарей толкуют сегодня исходное слово communis/share (лат./англ.) не столько как «разделять, делать общим», сколько как «делиться, передавать», сводя понятие опять-таки к одностороннему процессу передачи смыслов. Это толкование воспринимается как единственно очевидное представителями молодого поколения, особенно теми, кто выбирает специализацию в области коммуникаций. Как логическое продолжение такого восприятия, на профессиональном уровне (в журналистике, паблик рилейшнз и рекламе) коммуникация рассматривается как средство контроля, управления людьми, нередко как средство манипуляции общественным мнением.

Спекулятивный характер коммуникации также нашел свое отражение в
российской словарной истории: «Коммуникация - процесс, посредством которого некоторая идея передаётся от источника к получателю с целью изменения (Выделено нами. - Ю.С.) его знаний, социальных установок, поведения»[9].

Даже на личном уровне, где темп существования тоже ускорился в соответствии с условиями изменившегося общества, люди нередко стали видеть свои отношения «технологично». Не отдавая себе отчета в запрограмированности такого подхода, они ожидают, что столь же закономерно, как это происходит с обменом эсэмэс (отправка - передача сигнала через сеть - получение сообщения абонентом) должны передаваться мнения и эмоции, что транслированная в речи мысль безошибочно достигнет адресата и произведет ожидаемый отправителем эффект. Поэтому межличностное непонимание или даже конфликты не столь часто побуждают к осмыслению отношений, сколько воспринимаются как временный технический сбой. Но этот аспект относится к сфере межличностной психологии и не подлежит обсуждению в рамках данной работы.

Сегодня коммуникация не просто стала важной частью культурологических исследований - продолжительность существования темы закономерно породила исследования в области истории науки о коммуникации. Так, наиболее известные труды по обобщению исторического пути communications studies были выпущены J.G. Delia в 1987 году в Великобритании, J.W.Carey в 1996 году, а также Pooley&Park в 2008 в США, Meyen&Loblich в 2006 году в Германии. Три эти страны были наиболее активны в развитии концепции и институализации предмета коммуникаций, и они же правомерно имеют первенство в историографии вопроса.

Трансмиссионная модель коммуникации в индустриально развитых странах фактически вытеснила ритуальную модель. В рыночном аспекте она может быть названа более «эффективной» по признакам оптимизации процессов, экономии времени и преодолении пространственной зависимости, но в социальном и психологическом
аспекте она порождает новые проблемы. Это побуждает вдумчивых современных исследователей коммуникации, таких как Лоуренс Гроссберг, Рэймонд Вильямс, Джеймс Кэри, Гэри Рэдфорд, настойчиво говорить о коммуникации с философской точки зрения, возвращая своих последователей к изначальному гуманитарному и ритуальному смыслу коммуникаций, особенно важному для человечества в период глобализации.

Говоря об объединительном смысле слова «коммуникация», Гэри П. Рэдфорд апеллирует к обряду Святого Причастия (Holy Communion). Он проводит следующую параллель: единственно адекватным представляется говорить о литургии как об общей молитве, общем песнопении и единстве в церемониальном действе, а не о службе, которую отдельно взятый священник проводит перед верующими.

Дж.Кэри считал, что ритуальный характер коммуникаций был свойственен доиндустриальной эпохе развития цивилизации; и водоразделом перехода на новый формат коммуникаций послужил телеграф. Постепенно ритуальная модель вытеснялась из западного общества, с распространением технологий, изменением пространственно­временного континуума, и, соответственно, человеческой психологии. Однако мы постараемся показать, что в Японии, несмотря на высокий уровень индустриального и постиндустриального развития, преимущественным форматом коммуникации во внутреннем пространстве страны по-прежнему остается Ритуал, хотя при выходе на внешние рынки японцы учитывают и используют принципы коммуникации, принятые в развитых западных странах.

1.2.

<< | >>
Источник: СТОНОГИНА ЮЛИЯ БОРИСОВНА. БИЗНЕС-КОММУНИКАЦИИ В ЯПОНИИ КАК НАЦИОНАЛЬНЫЙ СОЦИОКУЛЬТУРНЫЙ ФЕНОМЕН. Диссертация на соискание ученой степени кандидата культурологии. Москва - 2015. 2015

Еще по теме 1 «Коммуникация» как формат постиндустриальной культуры общения между людьми:

  1. СТОНОГИНА ЮЛИЯ БОРИСОВНА. БИЗНЕС-КОММУНИКАЦИИ В ЯПОНИИ КАК НАЦИОНАЛЬНЫЙ СОЦИОКУЛЬТУРНЫЙ ФЕНОМЕН. Диссертация на соискание ученой степени кандидата культурологии. Москва - 2015, 2015
  2. Период между формированием портфеля и началом инвестирования
  3. Специфические характеристики виртуальных организаций в сфере социальных коммуникаций
  4. Адресная подготовка менеджеров для виртуальных организа­ций в сфере социальных коммуникаций
  5. Основные функции управления виртуальными организациями в сфере социальных коммуникаций
  6. Инфраструктурная платформа управления виртуальными ор­ганизациями в сфере социальных коммуникаций
  7. 3.1 Направления модернизации управления виртуальными орга­низациями в сфере социальных коммуникаций
  8. Глава 1. Концептуальные аспекты управления виртуальными ор­ганизациями в сфере социальных коммуникаций
  9. Ключевые задачи управления виртуальными организациями в сфере социальных коммуникаций
  10. Глава 2. Раскрытие функций системы управления виртуальными организациями в сфере социальных коммуникаций
  11. Факторы управления виртуальными организациями в сфере социальных коммуникаций
  12. Специальные компетенции, на которые опираются основные функции управления виртуальными организациями в сфере социаль­ных коммуникаций
  13. Кластеризация как способ диверсификации рисков предприятий